Израненные души

Надо увозить Кьяру подальше. Самое очевидное место, где нас будут искать, – это ближайшее к Бригэм-Хиллс представительство моего клуба. Скорее всего, Джулиан обратил внимание на мои нашивки, когда я нанес им визит. Нетрудно сопоставить факты и недолго посерфить интернет в поисках места, куда я мог отправиться из этого вонючего городка.

Вот за каким чертом я вообще поехал туда? Столько лет жил без оглядки на прошлое, а тут вдруг захотелось. Я утешаю себя мыслями, что это была высокая миссия по спасению Кьяры.

Бред, конечно. Я не склонен вообще искать какие-то скрытые смыслы и, уж точно, не склонен думать о своем предназначении. Мне наплевать на жизни других людей. Хотя, как оказалось, не так уж и наплевать.

Ночь проходит не очень хорошо. Каждый раз, поворачиваясь в постели, я просыпаюсь, потому что неосознанно во сне пытаюсь прижать к себе горячее женское тело. Но Кьяра при этом замирает, и я прихожу в себя. Отворачиваюсь. Плаваю в горячем возбуждении, наложенном на какие-то сюрреалистические сны.

И утром поднимаюсь с постели рано только для того, чтобы скрыться в душе и подрочить. Надо хоть как-то сбросить это гребаное напряжение, иначе меня разорвет на части.

Вернувшись из ванной, застаю Кьяру сидящей на краю кресла. Кровать уже заправлена, а сама Кьяра заплела волосы и оделась.

– Ты рано, – произношу и натягиваю чистую футболку.

– Ты проснулся, и я… не смогла дальше спать.

– Ясно. Тогда иди приводи себя в порядок, поедем завтракать.

Когда мы спускаемся, на первом этаже вовсю идет уборка.

Кандидаты в кожаных жилетках с нашивками клуба вылизывают каждый уголок. Косятся на нас, с кислыми лицами желают доброго утра и продолжают наводить порядок.

Сев на байк, мы с Кьярой отправляемся в ближайшую закусочную, где я заказываю для нас полноценный завтрак и делаю свой первый глоток черного кофе. Напиток как будто запускает все системы моего организма, и я наконец просыпаюсь.

– Если ты хочешь уехать, – обращаюсь к Кьяре, – я могу дать тебе денег.

– Что? – она замирает, не донеся до рта вилку с кусочком яичницы. – Куда уехать?

– Не знаю. Целая страна в твоем распоряжении.

– У меня нет документов.

– Ты можешь их восстановить. Ты не преступница, и можешь нормально жить по своим документам. Вне пределов коммуны тебе ничего не угрожает.

– Ну да, – тихо отвечает она, опуская голову, словно повержена в бою. Вилка ложится на тарелку, на ней по-прежнему наколот кусочек яичницы.