Чародейка

Принцип действия такой. Скажем, обращается глупышка с просьбой приворожить парня. Светлый прочтет заговор, благодаря которому парень на девке взгляд задержит раз–другой, а дальше уже от неё самой зависит, сумеет она его удержать или нет. Чёрный же маг привяжет накрепко, ничто его от зазнобы не оторвет. Даже если она сама плеваться и выдираться станет уйти уже не удастся. Только и плата в первом случае гораздо ниже. Это пример простенькой, любовной магии. А чем выше ставки, сама понимаешь, больше и плата.

Наш лорд воевать собрался. Вот и потребовались ему удача, сила да рать. Сытые, нажравшиеся людской кровушки, демоны, обеспечивали удачу, а мёртвая плоть бывших вассалов – продвижение в земли противника.

– И что? Выиграл войну ваш лорд?

– Выиграл, – мрачно кивнул Сурэй.

– А как же плата за грехи?

– Э, девонька! Плата за грехи идет в мирах, в которых господствует Свет. Мы же в Сумерках. Ещё немного и Тьма окончательно завладеет нашим миром. Таких, как моя деревня, на Ассиорте множество.

Люди ещё кое–как сохраняют душу в Светлых землях, потому что лежат они за Синими Лесами. Лавина проклятых разбивается о магию Древних оборотнических кланов. Но магия метаморфов действует с каждым веком всё слабее. «Тень» удлиняется. Проснуться мне ворленой – ничто уже не способно изменить порядок. Быть Ассиорту проклятым окончательно, во веки веков. Увы!

– А с Сандаром вы как встретились? – задала новый вопрос Надежда.

– Да просто. Пришли они в тюрьму, сказали, что нужен проводник до Райского Леса.

Если соглашусь, меня не повесят, пока не поймают в следующий раз. Так я и оказался в деле.

Больше они не разговаривали, хотя сон по–прежнему не шел.

Всё тело чесалось. Желание искупаться грозило обернуться навязчивой идеей. Плащ не грел. Мысль о том, что драгоценные ночные часы убегают, что завтра снова в седло и их ждут очередные превратности пути, оптимизму не добавляла.

Когда же Надежде все же удалось задремать, ей приснился кошмар.

Она оказалась в длинном узком коридоре, залитым тусклым синим светом.

В конце коридора стояла высокая человеческая фигура, заключенная в полупрозрачную ледяную глыбу.

Хищная кошка серебристого цвета возникла внезапно, бог весть откуда. Она ощерилась, изготовившись к нападению. Лапы её ударили не по Надежде, а по хрустальной глыбе, распространяя вязь расширяющихся трещин.

Тигрица прыгала снова и снова.