Чародейка

Обернувшись на очередной воинственный клич, Надежда вонзила в движущуюся фигуру меч – противник сам напоролся на лезвие, как рябчик на вертел.

Какое–то мгновение они изумленно смотрели друг другу в глаза.

Потом Надежда выпустила клинок из рук и сражённый её воин рухнул, будто подкошенный.

И тут чьи-то руки со спины мягко легли ей на плечи:

– Спокойно. Это я. Держи руки внизу, ладно?

Руки Сандара, горячие и сильные, успокаивали и согревали, но, в то же время, лишали возможности шевелиться.

– Всё в порядке, – заверила он.

Надежда кивнула.

– Что случилось? – спросила она. – Кто эти люди, что напали на нас?

– Гораздо интереснее другое. Ты ведь говорила, что не владеешь магией? И вдруг – гром и молния?

– В том-то и дело, что вдруг, – Надежда устало и посмотрела на свои руки, которые прежде никогда ничего подобного не делали. – В моём мире нет магии, нет королей, нет чародеек.

– Сандар! Антрида! – позвала Инара взволнованным голосом. – Идите скорее сюда. Сурэй ранен!

Разговор о новообретённых способностях пришлось отложить на потом. В любом случае Сандар вряд ли бы смог чем-нибудь помочь. В магии он, похоже, разбирался мало.

Надежда умела правильно расставлять приоритеты – сейчас было важным оказать помощь Сурэю. Травмы – это как раз по её части.

Но стоило лишь взглянуть на раненного, Надежду взяла оторопь:

– Они зубами его рвали, что ли?!

Возможности диагностики при визуальном осмотре невелики, но даже они давали отрицательный прогноз.

В области печени находилась обширная колото–рваная рана. В области ключицы разорвана не только кожа, но мышцы разворочены так, что кости просвечивают. Даже при наличии антибиотиков такие травмы считались трудно совместимыми с жизнью. Здесь же вторичного инфицирования избежать не удастся при любом раскладе.

Парень обречен.

Прочитав по лицу Надежды её мысли, Инара схватила её за руку.

Ладошка у магички была маленькая, но хваткая и крепкая, а глаза воинственно сверкали даже в полумраке.

–Ты говорила, что ты целитель! Так исцели его!

– Я – врач. Я могу вылечить, а не сотворить чудо.

Надежда осторожно высвободилась от судорожно вцепившейся в неё руки.

– К сожалению, в данных обстоятельствах вряд ли чем можно помочь. Сожалею.

– Сожалеешь?..

В голосе Инары слышались изумление и гнев.