Хозяин дома

Но продолжалось это обычно недолго, ведь вскоре, пуская в ход свой колдовской шарм, Змееносцев снова помещал Соню в замкнутый круг безудержной страсти. И вновь Сладкова оставалась слепа ко всему, исключая предмет своего вожделения. И вот сегодня, оставшись наедине с этим физически неприятным ей толстяком, она смогла думать не о сексе (вот парадокс!), а о чувствах и человеческой судьбе.

После того, как всё закончилось и участники действа по очереди посетили душ, некоторое время они, укутавшись в полотенца, сидели рядышком на кровати.

Им обоим хотелось поговорить, но они оба не знали, о чём. К тому же Соня, вспоминая растерянные и исполненные печали глаза Безделова, которыми он смотрел на неё в первые мгновения их встречи, боялась нечаянно задеть старика в разговоре. Впрочем, спустя некоторое время он обратился к ней сам:

– Как тебе в этой гостинице, Соня? Как соседи?

– Я мало с кем общалась, если честно, – немного грустно усмехнулась девушка. – В основном с Андреем Змееносцевым только.

Ну, вот сегодня с вами поближе познакомилась.

Соня снова грустно усмехнулась.

– Можешь на «ты» ко мне обращаться, – предложил Георгий Константинович. – Видит Бог, не такой уж я дряхлый старик.

И он сам печально усмехнулся.

– Да нет, что вы… Что ты! Ты прямо добрый молодец! – попыталась подбодрить старика Соня.

– Льстишь ты мне, плутовка, льстишь! – от души засмеялся Георгий Константинович.

– А тебе как здесь живётся, Георгий? Нечасто вижу тебя на других этажах.

Только в столовой изредка.

– Действительно, я веду какой-то странный образ жизни… – задумчиво проговорил Безделов. – Целыми днями сижу в этой конуре, смотрю телевизор, подолгу сплю. Иногда подумаю: до чего же тесен мой мир! До чего однообразен! Бывает, в какой-то момент почти что решу: надо что-то менять, ещё ведь не поздно! Но только подумаю об этом, как сразу же чувствую, словно мне гири к рукам и ногам привешивают. И все силы мои внезапно куда-то уходят. Хочется только лежать и спать, спать…

Соня слушала Георгия Константиновича и ничего не говорила сама.

«„Гири привешивают“… Интересно… – раздумывала Сладкова. – А вот любопытно, смогу ли я в следующий раз, когда увижу Андрея, не поддаться его чарам? Ну, хотя бы один-единственный раз? Чтобы просто проверить себя. Что я почувствую? Свободу или оковы?»

– И ещё я здесь встретил одного очень, как мне показалось, интересного человека, – продолжал Георгий Константинович.