Почти неприличная история, или Неравный брак

То, что выбрал для неё Хэйл ей было совсем не к душе.

– Что это? – окинула она брезгливым взглядом небесно-голубые брюки, которые любезный муженёк называл джинсами, да пару бесформенных некрасивых маек с рукавами, которые именовались футболками. – Я это не надену.

– Здесь все так ходят. Не выпендривайся.

– Я заметила, что одежда у вас не отличается разнообразием и похожа на мешок!

– Хватит, Рэйвен. Потерпишь две недели, потом вернёшься к своему розовому ужасу на кринолине.

– Если уж я вынуждена носить эти майки могу я их сама себе выбрать?

Рэйвен потянулась к топу на манекене, но Хэйл, схватив её за руку, тихо зашипел:

– Прекрати!

– Почему?

– Потому что выбранная тобой «майка» стоит весь мой годовой доход!

При упоминании о деньгах Рэйвен сникла.

Но тут иная реальность.

Больше в выбор Хэйла Рэйвен не вмешивалась.

– Чего сникла? – улыбнулся он. – Если был слишком груб, извини.

– Это ты меня извини. Я не привыкла думать о финансах.

– Привыкнешь, – помрачнел Хэйл. – Этот воистину бесценный опыт в наших краях легко приобретается.

Подхватив пакеты с покупками, он направился к потрепанной, по сравнению с другими, новенькими и блестящими, повозке.

«То есть, машине», – поправила сама себя Рэйвен.

Она с любопытством смотрела на то, как Колд, откинув крышку позади повозки-машины, ловко забросил туда пакеты.

– Багажник, – пояснил он. – А ты – добро пожаловать в салон.

Из машины потянуло запахом застарелой плесени.

– Это твоё? – с опаской покосилась Рэйвен на раздолбанное сиденье.

– Нет. Взята на прокат.

Натолкнувшись на очередное непонимание во взгляде блондинки, Хэйл пояснил.

– На время.

Новый город разительно отличался первого, но он понравился Рэйвен больше. Маленькие домики, много зелени, кованные ограды и фонари на резных ножках показались очень даже симпатичными.

Рэйвен всё пыталась угадать, какой из симпатичных домиков принадлежит её мужу, но поворот за поворотом, улица за улицей оставались позади, а Хэйл и не думал тормозить.

Вечерний сумрак выползал из-под земли и из-под щелей между домами, густея на глазах, а они всё ехали и ехали.

Вместо домов мимо окон замелькали деревья. Было ощущение, что въехали в лес.

Цивилизованный, приручённый, но всё же – лес.