Чёрная королева

Воздух в комнате насквозь пропах благовониями.

Закончив с туалетом, девушки принесли закуски, состоящие в основном из дичи, овощей, фруктов и подрумяненных кусочков хлеба.

– Ваше величество, – шепнула мне Марайя. – Маэстро Чеаррэ здесь. И он желает вас видеть. Умоляет об аудиенции.

О чём бы маэстро не думал вести разговор, об этом ему следовало говорить с королём, а не с королевой.

Но прежде чем резкие слова сорвались с губ, я подумала о том, что Эллоиссент, вопреки всему, что утверждал, мог что-то знать о нашем потерянном сыне.

Мой давно потерянный несчастный сын никогда не терял для меня значения.

– Я приму его.

Зачем он здесь?

Что ему надо?

Чеарре ведь неспроста прислали именно Эллоиссента. Никто не забыл моей былой к нему слабости.

Чеаррэ ничего не забывают.

Видимо, могущественное семейство интриганов чует поживу, а значит… значит, дела наши идут неважно.

Чтобы понять это, не нужно особой прозорливости. Мятежи по всему государству, зловещие знаки на небе, о которых твердят Пресвятейшие, волнения на городских улицах.

– Приведи его в Малый Тронный Зал, Марайя, – распорядилась я, против воли чувствуя волнение.

Я не желала встречаться с прошлым. Я боялась его.

Мне не хотелось ничего терять и ещё меньше – что-то продолжать.

Сердце пропустило несколько ударов, когда Эллоиссент возник на пороге, такой высокий и элегантный.

Пока он шёл тени скользили по его бледному лицу.

Огоньки свечей перекликались с опасным пламенем, сверкающем в прозрачных, зелёных как у кошки, глазах.

На мгновение он замедлил шаг, тоже скользя по мне оценивающим взглядом.

– Маэстро Чеаррэ, – растягивая гласные пропела я. – Чему обязана счастью видеть вас?

Молча и не торопясь, он преодолел те двенадцать шагов, что нас разделяли.

– Наша встреча действительно для вас счастье? – улыбка его была полна горечи и сарказма. – Отчего-то плохо верится, ваше величество. Думаю, для вас злая необходимость, которую не обойдёшь. Но я ценю, что вы решили пойти мне навстречу и согласились на это маленькое свидание.

– Аудиенцию, – холодно поправила я. – В память о том, что ваша семья сделала для меня, маэстро Чеаррэ, я готова выслушать вас. Но буду благодарна за лаконичность.

Я нарочно старалась говорить официальным тоном, чтобы у Чеаррэ не возникло искушения вспоминать о том, что некогда нас с ним связывало.

Я – королева, он дипломат. Вот и всё. Ничего больше.

– Ваши речи обнадёживают, ваше величество, – усмехнулся он.