Внутри

Он как-то читал о таком явлении, которое может происходить с людьми. Это переходное состояние между бодрствованием и сном, характеризующееся мышечной слабостью. Кстати, случаи сонного ступора чаще встречаются у психически больных, которые имеют нерегулярный сон или постоянный стресс.

«Ха, дожили!» – закатив мысленно глаза, усмехнулся Марк.

В пространстве, где он лежал, появились те же всхлипы и вздохи, что слышались издалека, только теперь они были совсем рядом с ним.

– Такой молодой! – заревели голоса. – Совсем пожить ещё не успел, семью не завёл… а-а-а! – надрывался женский голос.

– Да, несправедливо вот так уходить из жизни, не познав всех её прелестей! – сетовал заплаканный мужской голос.

– Я умер? Как? Когда? – Одна активная часть Марка в виде мозга мучила себя вопросами.

Женщина в чёрном платке и в чёрных больших очках, так что лица не узнать было, кинулась к телу. Она обняла холодные и твёрдые ладони Марка своими и, уткнувшись тому в грудь, начала содрогаться истерическим плачем.

Марк чувствовал её ладони. Они были тёплыми и мокрыми, потому что женщина без конца теребила платок, которым вытирала слёзы. Он хотел взять её руки своими и, погладив их, успокоить бедную женщину. Он не знал, кто это, но чувствовал, что она искренне печалится об его уходе. Когда она плакала, постукивая о его грудную клетку лбом, он чувствовал эти мини-удары. Даже лёгкие подрагивали в такт её биению.

«Может она услышит стук моего сердца?»

«А-А-А, не дышит, наш Марк больше не дышит!» – разрывая сердце, завопила женщина.

В её вопле было очень много боли и огорчения. Так могла надрываться только родственница умершего. Но на его деспотичную тетку это никак не похоже.

– Алиса, милая, прошу, не рви себе душу, его уже не вернуть! – опять прозвучал мужской голос.

У Марка прошла волна мурашек по всему его мёртвому телу. Это были его родители! Мама Алиса и папа Герман. Сердце застучало так неистово, что могло выстрельнуть из грудной клетки, как ядро из пушки. Теперь он лежит в гробу, а родители с горя убиваются.

И вот они поменялись местами, и вот они опять не вместе. Как же он хотел открыть глаза и посмотреть на своих горячо любимых родителей, которых так давно не видел! Посмотреть, как они изменились с годами, обнять их крепко-крепко, чтобы дышать было трудно. Он лежал неподвижным холодным куском мяса, а внутри него бушевали дикие эмоции, каждая клеточка его организма взрывалась от несправедливости и бессилия, что не может ничего изменить.