Коренной перелом

Например, удалось скрыть от взора агентов Абвера создание Центрального фронта, перевод на него генерала Жукова, а также строительство на основных танкоопасных направлениях второй и третьей полос обороны, усиленных тяжелыми противотанковыми бригадами и полками РГК. Дезинформацией был также и вывод в глубокий тыл корпуса Бережного. Наоборот, в Брянско-Орловском выступе дополнительно скрытно сосредоточились только что сформированный мехкорпус Катукова и 2-я Ударная армия генерала Черняховского, уже успевшая прославиться при прорыве блокады Ленинграда.

Между прочим, за нарушение правил маскировки командиру части грозил трибунал и штрафные роты. В те времена, если нельзя было обнаружить войска с помощь аэрофотосъемки, это значило, что их невозможно обнаружить в принципе.

Напротив, на Харьковском и Днепропетровском направлениях были созданы ложные концентрации советских войск, якобы готовящихся штурмовать Харьков, прорываясь через все три полосы немецкой обороны. Кроме всего прочего, введенный в советских тылах противодиверсионный и контрразведывательный режим принял прямо-таки драконовские меры, и большая часть заброшенных за линию фронта агентов Абвера работала под контролем людей товарища Абакумова.

А люфтваффе после зимнего разгрома в значительной степени утратило свои разведывательные возможности, не говоря уже о почти полном уничтожении так называемой специальной эскадры Ровеля. Дурили советские контрразведчики голову и германскому функабверу (радиоразведке), где-то вводя части в режим радиомолчания, а где-то, наоборот, организуя работу радиостанций без войск.

С другой стороны, верховное командование вермахта даже и не представляло себе всех разведывательных возможностей, что имелись у подразделений советской радиоразведки и Воздушной Эскадры Особого Назначения. Не зря же при первой возможности ее вывели из боев, нацелив на выявление намерений германского верховного командования. Можно сказать, что в Кремле и советском Генеральном штабе о подготовке к операции «Блау» знали ничуть не меньше, а может, даже и больше, чем в ОКВ.

Советские военачальники делали выводы, опираясь на данные объективного контроля, а отнюдь не на основании донесений тех или иных немецких командиров.

Если бы генерал Гальдер знал об истинном положении дел, то он, наверное, схватился бы за голову и немедленно подал в отставку. Но всего этого он не знал; гитлеровский военный гений пока пребывал в блаженном неведении, обманывая как самого себя, так и Кейтеля с Гитлером.