Любовные песни орков

– Ты как, малышка? – спросил здоровяк, провожая Женьку на дальний хутор, и она с обречённостью показала палец вверх. – Не воспринимай всерьёз наезды этой барышни. Варя вовсе не такая злобная, какой хочет казаться. Это у неё защитная реакция.

– Это ты слишком добрый, – Женька картинно ударила Сухаря кулаком по бицепсу и смешно изобразила жгучую боль, – вот на тебе все и ездят.

– И кто же на мне ездит? Ты, что ли, маленькая притворщица?

– Наоборот, я тебе помогаю, – захохотала Женька, – а вот Князь тебя ни в грош не ставит, но чуть что – зовёт прикрывать тылы, только почему-то вся слава достаётся ему.

– Вот как ты представляешь себе весь расклад? – с неожиданной грустью откликнулся здоровяк.

– По-моему, всё предельно ясно! Ты на вторых ролях и на тебе ездят! Да и вообще, это же он придумал тебе такое дурацкое прозвище? Тоже мне, остряк-самоучка.

– Жень, ты много не знаешь. И даже хорошо, что не знаешь. Но не будь слишком уж несправедлива к оркам, я же не шутил, иногда ты меня пугаешь. Слишком быстрая и яростная. Слишком, понимаешь? Давай себе возможность остыть, не рви с ходу.

– Я прислушаюсь к твоему совету, если ты признаешься, за что схлопотал своё прозвище! – Женька состроила умоляющую мину, не в первый и не в последний раз требуя раскрыть тайну, но Сухарь не сдавался.

– Когда-нибудь, – пробасил здоровяк, – при случае. Лучше расскажи, что за история с зомбецом. Народ всколыхнулся, конечно, и вовсю булькает, но что думаешь ты сама?

– А что тут думать? Зомбец даже не сомневался, сразу бросился спасать кого-то, кого он в глаза не видел, на писклявый голос рванул, представляешь? А ведь я в панике сбросила покров и он обнаружил меня буквально над собой. Такое ощущение, что Тарас вообще опасной меня не счёл! Так, какая-то ненормальная девчонка и всё.

– Да он чуть не родил, наверное, от страха, просто… не мог иначе. Хороший человек, вот и всё.

– Сухарь, он же зомбец!

– Ну и что? Разве зомбец не может быть хорошим человеком?

– Скажи это Князю и мигом вылетишь из команды!

– Не вылечу, – здоровяк опёрся о дверной косяк скромной Жениной избушки, – и ты не вылетишь. За это – уж точно.