Эпидемия. Дневник

На парковке тоже была сцена с когтистым существом, и там мужчину, шокированного чудищем, забрал приехавший наряд полиции. Жена в шоке осталась стоять с телегой, полной пакетов, а потом загрузила всё в машину и уехала.

Выглядит всё плохо, так что правильно я сделала вид, что ничего не замечаю, как все нормальные люди.

Дома мать собралась готовить ужин, пыталась с ней поговорить по поводу дурацкой покупки холодильника, а она не обращает внимания и действует, как автомат. Повторяет заученные движения, достает продукты, режет, варит, кладет на тарелку мне и себе.

Еда-то нормальная выходит, есть можно, но её состояние меня пугает. Позвонить, что ли, отцу?

Утром мать проснулась такая же заторможенная, но с отвозом меня в школу справилась вполне, как и с завтраком. Что бы это ни было, делать простые привычные вещи оно позволяет.

Заметила когтистого карлика у школы – вынюхивает, небось, инаковидящих. Одноклассник, Ваня Травников, явно тоже его заметил, но я успела подсечь и увести.

Иван

Василиса крепко вцепилась в руку и рванула на второй этаж, откуда можно было видеть школьное крыльцо, как на ладони.

Там стояла такая кошмарная костлявая муть, как будто только вылезла из фильмов ужасов. Василиса попросила смотреть в окно аккуратно, потому что оно не должно понять, что я его вижу.

Попросил объяснить, в чём дело. Она рассказала про то, что видела в торговом центре. Хотелось бы понять, что дальше происходит с теми, кого выявляют.

На первом же уроке обнаружилось, что учитель математики не может объяснить новую тему.

Он открыл учебник, заглянул туда, как в первый раз, и растерянно закрыл. Потом подошёл к доске и стал переписывать из учебника примеры. Когда доска закончилась, просто всё аккуратно стёр и начал заново. Те же примеры.

Захаров, большой любитель нажить неприятностей, бросил в математика бумажный шарик. Тот даже не отреагировал. Одноклассники заржали и заметно повеселели. Девочки сгрудились в кучки для обсуждения своих проблем. Парни принялись играть в телефонах.

И так было на всех сегодняшних уроках.

По сути, в школе больше нечего было делать, учителя механически отбывали уроки, как и скучающие дети.

После четвёртого подошёл к Василисе и спросил, не хочет ли она сбежать. Она как-то удивлённо на меня посмотрела, но кивнула.

Спросил, не видела ли зависающих в метро людей, хотя это было глупо, такие, как она, не ездят на метро.

Оказалось, что проблемы возникли с её собственной мамой.