Путешествие в бездну

 – Специально, чтобы я мучилась от жажды! Знала же, что верить ему нельзя!»

* * *

Он был такой же, как отец. Нет, совсем другой, но совершенно так же не обращал на нее внимания и с трепетом ловил каждый жест сидящей перед компьютером девчонки. Конечно, можно было просто дождаться подходящего момента и высосать из соперницы всю кровь, оставив пустую оболочку, похожую на резиновую куклу. Но Лина знала: это не выход. Она уже потеряла внимание светловолосого, потеряла навсегда, это не исправить и не переписать.

Наверное, ее не за что любить. Вот и отец думал точно так же…

Иногда в их доме бывали гости. Сплошь нужные отцу люди, приезжавшие на шикарных машинах с личным шофером, иногда в сопровождении жен, увешанных раздражающе сверкающими бриллиантами, чаще – с молодыми любовницами в откровенных платьях.

Гости пили вино из высоких бокалов, смеялись и манерничали.

Лина любила прокрасться в это время в гостиную. Ей хотелось оказаться поближе к отцу, своровать хотя бы кусочек его жизни.

Она неплохо научилась скрываться в толпе гостей – большей частью девочку не замечали, а если и обращали внимание, ничего страшного: всегда находился человек, который, хмурясь, припоминал: «Вроде это дочка Димы. Как тебя зовут, девочка? Кажется, Лена? Или Инна?»

Лина поспешно соглашалась и снова ныряла в толпу гостей.

Хуже, если ее находила гувернантка. Еще хуже – если сам отец.

В такие моменты он смотрел на дочь так, словно видел ее впервые и сам сомневался, как ее зовут – Лена, Лина или, может быть, Маша.

Наверное, на всякий случай, чтобы не ошибиться, он не обращался к ней напрямую, а велел кому-то из сновавших по залу официантов позвать гувернантку и выговаривал ей:

– Я не понимаю, почему девочка не спит? Что она здесь делает? Анастасия, я вам, наверное, мало плачу, если вы считаете излишним присматривать за ней? Или вам тяжелы ваши обязанности? Только скажите…

Гувернантка бледнела, бормотала извинения и, очень больно ухватив Лину за руку, тащила прочь.

К этому времени Лина уже прекрасно знала, что отец нанял ей гувернантку только ради одного: чтобы та держала дочь от него подальше, чтобы она ему не мешала. Но девушка еще верила, что вырастет, станет умной и сможет сделать нечто особенное – такое, чтобы отец обратил на нее внимание. Чтобы, держа за руку, вывел в самый центр комнаты и с гордостью сказал всем важным гостям:

– Это моя дочь Лина.