Ловушка на мага

– Я слышала шум и крики, что случилось? Где муж мой? – спросила она величаво, как будто на княжеском приеме.

– Измена. Бояре убили Андрея Юрьевича. Бери княжича, собирайся.

Михаил, тяжело дыша, прислонился к стене. Недавняя контузия давала о себе знать: предметы потеряли четкость, перед глазами плавали цветные круги.

– Мой сын в Космодемьянском монастыре, учится у святых отцов. Я готова ехать. – Она встала и выпрямилась. – Но я хочу попрощаться с Андреем.

– Нет, едем немедля, нет времени, – возразил Михаил.

– Не тебе приказывать мне, что мне делать, а что нет. Где он?! – Мария подступила к воину, и он вдруг почувствовал себя беззащитным перед этой хрупкой девушкой.

– В Царствии Небесном! – прорычал мечник нарочито грубо. – Ты должна слушаться своего мужа и господина. Он велел ехать немедленно.

И тут она, наконец, заплакала. Воин осторожно взял ее за руку и повел вон из покоев.

Чтобы не наткнуться на убийц, Михаил шел кружной дорогой, через храм. Огоньки лампад терялись во мраке, и лики святых, казалось, выступали из самой тьмы, смотрели укоризненно и строго.

«Что же вы не защитили моего князя?! – мысленно спросил их Михаил. – Ведь никто не сделал для церкви Христовой больше, чем он. Где покров Богородицы, в честь которого построена им церковь красоты небесной? Где помощь Господня, о которой твердят попы?»

Но святые молчали.

«Если сохраните жену и сына господина моего, – пообещал мечник, – все, что есть у меня, отдам церкви, в монахи уйду.

Удача сопутствовала им. После известия о смерти князя слуги, не любившие строгого и скорого на расправу Андрея Юрьевича, бросились грабить и пить. Кругом царил хаос, среди которого мало кто обращал внимание на залитого кровью воина, тащившего за собой женщину. Оседлав коня, Михаил посадил Марию позади себя и не спеша, чтобы не привлекать внимания, направился к широко распахнутым воротам.

Они уже почти выехали из Боголюбова, как вдруг послышался чей-то оклик.

– Михаил, друг сердечный, далеко ли собрался? – с издевкой спросил боярин. – Езжай куда хочешь, но девку оставь нам. Улита захочет плюнуть на ее труп. Не откажу же я родственнице, – добавил он, ухмыльнувшись.