Дориан Дарроу. Заговор кукол

И папеньке он бы приглянулся.

Папенька любит тех, кто своим умом жить собирается.

– А я не собираюсь наниматься в секретари. Я хочу быть вашим компаньоном. Я хочу работать. Я хочу учиться. Пожалуйста!

Молчит. Небось, подбирает вежливые словечки, чтобы выставить ее за дверь со всем политесом. Здесь они все такие. Лживые. Говорят одно, в глазки заглядывают, стишки читают да в любви клянутся. Но стоит захотеть чуть иного, чем им правильным кажется, так сразу и любви конец приходит.

– Я… я готова вложить в мастерскую… сто фунтов.

– Зачем вам это?

Зачем? Да Минди тысячу и один раз задавали этот вопрос. И ответ она заучила наизусть:

– Потому что я имею право.

Снова молчание. Взгляд, под которым бы съежится и не дышать. Точно так же смотрела на Минди мисс Сюзанна. Правда, глаза у нее были совсем даже не красные, а серые, обыкновенные, но выражение лица один в один.

– Вы ведь женщина.

Ну конечно, она женщина! Господь всеблагой, дай сил на этих идиотов! И терпения. И сдержанности тоже, а если еще останется, то немного манер, за которыми тут все так убиваются.

– А вы считаете, что женщина по природе своей не в состоянии сравняться с мужчиной? – Минди сделала шаг, подняв веер, словно шпагу. – Что умственная деятельность для женщины крайне вредна? Что она способна вызвать Uterus pendulans[3 - Блуждающая матка.]? Как там было у Платона? У женщин та их часть, что именуется маткой, есть не что иное, как поселившийся внутри них зверь, исполненный детородного вожделения, когда зверь этот в поре, а ему долго нет случая зачать, он приходит в бешенство, блуждает по всему телу, стесняет дыхательные пути и не даёт женщине вздохнуть, доводя её до последней крайности и до всевозможных недугов[4 - Платон.

Дориан Дарроу, магистр и механик, вспыхнул румянцем. До этого дня Минди не доводилось видеть краснеющих вампиров.

– В-вы не правы, – чуть заикаясь произнес он. – П-платон не прав. О, прощенных ангелов ради, да откуда вы взялись на мою голову?

– Из Бастона, – с гордостью ответила Минди и на всякий случай уточнила. – Америка.

Когда он сказал, что согласен, – Минди ушам своим не поверила. Если это не чудо, то нечто, весьма чудо напоминающее.

– Спасибо тебе, Господи, – совершенно искренне сказала она, когда Дориан вышел.