Дориан Дарроу. Заговор кукол

А я, совершенно не представляя себе, как разобраться со всем этим, начал с простого: вооружившись ножом, топориком и ломом, попросту стал вскрывать ящики в том порядке, в котором они выстроились у стены.

Открытия порой были неожиданны.

Так в массивном, с виду похожем на саркофаг, коробе лежали тубы с чертежами. Кофр из черной кожи был полон гаек, болтов, шурупов и прочей железной мелочи, а склянки, которым бы надлежало находиться в его бархатной утробе, обнаружились в щелястом ящике.

Вот полые железные трубки для моего аппарата и свиток шелка к нему же.

Вот наполовину разобранный микроскоп и мешочек с линзами, каждая – как зерно в коконе из овечьей шерсти.

Вот тончайшая шелковая нить, которую я заказал перед отъездом, но получения не дождался.

Вот лабораторное стекло, сброшенное небрежно, но меж тем уцелевшее – не иначе как чудом. Книги. Мои дневники с заботливо вымаранной первой страницей. Три газовые горелки и бутыль со спиртом. Египетская мумия и фарфоровая кукла, затесавшаяся в прошлую мастерскую по случайности и теперь переехавшая сюда вместе с прочим добром.

– Мистер Дарроу, может быть, вы прерветесь на чай? – осведомилась миссис Мэгги, чье появление я пропустил.

Сегодня на ней был новый наряд: черное платье с белым кружевным воротником и белым же фартуком, поверх которого лежал привычный уже пояс. Праздничность убранства подчеркивали нарядный чепец и тонкая цепочка с медальоном-ракушкой.

Неужели, в доме гости?

– Я бесконечно рад и благодарен за приглашение, но вы сами видите, что мой нынешний вид не позволяет… – Я продемонстрировал метлу из куриных перьев, которой смахивал с ящиков пыль и мелкий дорожный сор.

– У вас будет столько времени, чтобы привести себя в порядок, сколько вам нужно, – сказала она, глядя с явным неодобрением. Кажется, сегодняшний вечер нанес сильнейший удар по моей репутации. Однако, увы, здесь я ничего не мог поделать.

– Мы очень надеемся, что вы сочтете возможным присоединиться к нам с Пэгги, – повторила леди, водружая на нос очки. – Мы хотели с вами поговорить.

И эта манера речи, прежде ей несвойственная… определенно, в доме грядут перемены.

Тогда я и представить себе не мог, сколь глобальными они будут.

Прежде, чем подняться в гостиную, я привел себя в порядок.