Вино гусеницы

Безумный Сеня напал со спины, врезав человечку палкой по затылку. Монстр слегка покачнулся, повернул голову на сто восемьдесят градусов и зашипел.

– Нужен другой план. – Медоед запрыгнул на стол.

Семена веселила эта ситуация. Противник оказался на вид фарфоровым, но прочнее, чем можно предположить. На теле не осталось никаких вмятин или царапин.

Человечек предупреждающе зашипел и снова обратил внимание на Арканума.

– Отвлеки его! – крикнул медоед.

Игроку не пришлось прилагать какие-либо усилия, кукла громко затопала ногами, приближаясь к мужчине.

Семен добрался до рюкзака и стал что-то искать. Арканум замахнулся стулом, пытаясь прихлопнуть человечка, но удар пришелся по стене. Кукла шустро увернулась.

Арка залез на стол, отбиваясь от противника всеми предметами, что попадались под рукой. Человечек, высоко подпрыгивая, пытался забраться на столешницу и укусить Арканума за ногу.

– Нашел!

Мужчина надеялся на какое-нибудь огнестрельное оружие, но это оказалась зажигалка.

Сеня, хохоча, поджег занавески. Пламя действовало быстро, уничтожая все на своем пути. Медоед подбежал к выходу и повис на ручке. Входная дверь открылась. Аркануму побежал в сторону выхода, схватил на бегу за шкирку Семена и выскочил на улицу.

Игрок видел, как пламя уничтожает здание. В окне, на втором этаже показалась Елизавета. Девушка стояла неподвижно и смотрела на улицу.

– Вот и оставь тебя одного, – сказала Буря, переводя дыхание. – Я дым увидела еще на выходе из дома. Пришлось бежать.

Из здания, охваченного огнем, вышла маленькая и обгоревшая фигура. Человечек скрипел, как заржавевший механизм, медленно перебирая ногами.

Семен принял боевую стойку, готовясь напасть.

Кукла сделала пару шагов и упала на землю. Голова лопнула, разлетевшись на маленькие осколки. Кинжалы выпали из рук.

– Мое! – закричал медоед и побежал к человечку.

Буренка поправила рюкзак.

– Пора, – сказал Марсель.

Семен долгое время любовался кинжалами, пока ему не сказали спрятать.

Арканум перевел дух. В крови зашкаливал адреналин. Пусть игрок в основном уворачивался, да наблюдал, как его пытаются запугать, но это заставило взбодриться.