Змей

Он поравнялся со мной, взял бутылку из моих рук и, размахнувшись, зашвырнул ее в кусты, росшие за территорией площадки.

– Напьешься, когда занятия завершатся. А сейчас марш на новый круг! Изнеженные маменькины сынки мне тут не нужны! Или можешь уйти прямо сейчас и повышивать крестиком у себя в комнате.

Я понуро пошел обратно на дистанцию, стараясь не замечать, как посмеиваются, подталкивая друг друга в бок, мальчишки. Мои щеки и уши пылали, а в глазах стояли слезы. Когда я поравнялся с «элитой», Кирк Браун, главарь и главный «заводила» издевательски произнес:

– Эй, Карлтон, ты только не плачь, а то бегать с заложенным носом будет еще труднее! Если, конечно, мамочка не положила тебе шелковые носовые платочки во все кармашки!

Они противно заржали, а я сцепил зубы, чтобы не заплакать, и побежал новый круг, утирая злые слезы.

Вдруг со мной поравнялся Виктор.

– Не слушай их, они червивые внутри. Мне жаль, что так вышло. И мне противно, что я с ними общался. – Он посмотрел вперед, а потом снова повернулся ко мне.

 – Я Виктор! Виктор Коллинз.

– А я Дэмиан Карлтон. – Я с трудом выговаривал эти слова, почти задыхаясь. И в чем-то Кирк был прав – сопли действительно не способствовали быстрому бегу.

– Попробуй дышать по-другому, Дэм! Сейчас ты похож на загнанную собаку с высунутым языком. Дыши через нос и выдыхай через рот каждые два-три шага. – Виктор показал, как.

– Да, там немного легче. Спасибо, Виктор!

– Можешь звать меня Вик или Вит.

А сейчас, пожалуй, побежали на перекладину – не хочется получить пендель от этого тирана Паркера!

Мы подбежали к планке. Кирк, конечно, демонстрировал все, на что он способен. Раньше меня восхищало то, что он делал, но сейчас это было даже противно – смотреть, как он корчит из себя не пойми кого. Виктор прищурился.

– А ну-ка… – Он повис на соседней перекладине и начал подтягиваться, ни в чем не уступая Кирку. Затем он подтянулся чуть сильнее и сел на перекладину верхом.

Его противнику удалось сделать это лишь с третьего раза. Виктор усмехнулся, перевернулся и спрыгнул на землю. Кирк с ненавистью посмотрел на него и слез с перекладины. Настал мой черед. Черед делать то, что я не никогда умел. Я обреченно повис на перекладине и сделал усилие подтянуться, но руки были слишком слабы.

– Посмотрите на эту вареную макаронину! Он даже одного раза сделать не может! – Кирк решил отыграться на мне за свой «провал».