Остров Кокос. Наследство

– Работорговля – это просто отвратительно, – сказал я. – Охотиться на людей как на зверей, а затем продавать их на рынках, будто овец, оправдывая это тем, что у них более темная кожа. Просто поразительно, как все просвещенное общество считает это приемлемым.

– Да, – усмехнулся Джек, – кости-то у них такие же белые как у нас, можете убедиться в этом.

Эмили бросила на него гневный взгляд, а Джек как ни в чем ни бывало продолжал:

– Да и немало наших белых собратьев трудится на плантациях, словно негры.

– Вы говорите о преступниках и должниках, отправленных на плантации, чтобы трудом искупить свою вину или отработать долг?

– О да, мадам. Ведь и они тоже люди. Но считаются с ними не более, чем с теми овцами, с которыми сравнил рабов ваш муж. К тому же срок их работы конечен, а значит, хозяин из него выжмет все, что сможет. Да, эти люди оступились, но и те, что в трюме не все поголовно агнцы божии.

По лицу Эмили, я понял, что она не согласна с Джеком, но не стала далее спорить с ним.

– Не могли бы мы предать земле по христианскому обычаю останки этих людей?

– Эти люди не следовали христианским обычаям, мадам, – снова вмешался Джек. – Я думаю, им бы не понравились ваши похороны. Не стоит тратить на это силы и время, они нам могут пригодиться для другого.

– Джек прав, Эмили.

– Зачем же вы привели нас сюда?

– Я звал сюда лишь вашего мужа. Но… здесь не так уж много развлечений, думал, вам будет интересно.

Она наградила его еще одним гневным взглядом.

– Вы были необыкновенно любезны, когда поначалу решили не разговаривать с нами. Почему вы изменили этому решению?

Он философски пожал плечами и повторил:

– Здесь не так уж много развлечений… это ведь ваши слова.

Эмили возмущенно посмотрела на меня, но меня их перепалка только позабавила.

– Эмили, дорогая, мистер Джек просто шутит. Нас ведь здесь всего четверо, будет правильно, если мы станем держаться вместе.

– При этом нам вовсе необязательно вести светские беседы, – бросила она и, развернувшись, зашагала обратно. Мария засеменила следом.

– Ваша гордая женушка не покалечится одна на тех камнях?

Я покачал головой.

– Мария ей поможет.

– Да. Мария – умница. Надеюсь, она поможет и мне. И хорошо бы, прямо сегодня.

А ведь Эмили права. Я с тоской вспоминал те времена, когда Джек не разговаривал с нами.