За девятое небо

Если же их дети не проходят пути, то всё начинается сызнова. И так до тех пор, пока урок не будет усвоен.

– Тебя слишком заучили в Свагоборе, юноша, – поморщился Ворон. – Не всё происходящее можно расписать в грамоте по волхвовской науке. Сначала весть из Солнцеграда о коронации Кудеяра, теперь весть о том, что Юг захвачен врагом. И не надо говорить, что сие ниспослано Богами ради высшей цели.

– Тогда, с вашего позволения, я буду молчать. – Станислав положил на сердце руку.

– Наверное, так будет лучше, – согласился Ворон и, окинув взором войско, повелел: – Труби в горн, Станислав.

* * *

Высшие чины войска собрались у золотого костра подле шатра великого военачальника. Весть, полученная из Ровновольска, пронзила сердца северян холодом и злостью несправедливости.

Ворон, хмуро глядя на пламя, поднимающееся сквозь сизые сумерки утра, слушал воинов.

– Если мы выдвинем войско немедленно, то нападём на них, пока они ослаблены битвой, – сказал низкорослый сварогин.

– Не думаю, Людевит, что битва южан настолько ослабила, что они не смогут отразить нашу атаку. За такое короткое время колосаи захватили почти весь Юг… Взятые в плен князья мертвы, как говорит нам береста из Ровновольска. Златомир, волхв Горного града, тоже. Этот легендарный огонь, который воспевают волхвы колосаев… В нём причина побед людей Солнца, будь они неладны.

Ворон хмуро посмотрел на говорившего – мощного мужа с густой бородой.

– И что ты предлагаешь, Мстислав? – спросил великий военачальник.

Витязь пожал плечами:

– Не думаю, что они дерзнут пойти по Тайге, в обход Великой Дороги. Поэтому вставать у них на пути – мысль не дурная.

– А если они остановятся в войне? – спросил другой воин – долговязый и сухой.

– Тогда и будем думать, как отвоевать у них наши земли, Ратко, – нахмурился Мстислав. – А пока отправим весть в Солнцеград.

– Это-то, конечно, хорошо, – пробасил старый, но ещё крепкий воевода, почесав седую бороду.

– И какие твои мысли, Родим? – спросил Ворон.

– Битва отнимает силы у всех, даже у их волхвов, – ответил Родим. – Поэтому я соглашусь с Людевитом – надо атаковать Ровновольск, пока колосаи не оправились от битвы.