Селекта

Может, у кого-то сегодня закрытая вечеринка без посторонних гостей?

Пока Густава не было, я решила выйти на балкон, чтобы немного взбодриться.

«Ох, до чего же он нудный!» – подумала я. Почему-то Пабло Гуи было интереснее слушать, чем Густава.

Опираясь на перила балкона, я с упоением вдохнула свежий воздух. Он дал возможность, пусть даже на несколько секунд, выбросить все беспокойные мысли из головы и просто насладиться бодрящей вечерней прохладой. Но, как бы ни хотелось остаться здесь подольше, пора возвращаться за столик.

– Да вот же данна! А я говорил, что это правда! Я говорил, что она будет здесь, а ты не верил! – тараторил данн Сурри.

А расстилался он в объяснениях перед группой из нескольких мужчин, один которых большими шагами уже направился в мою сторону.

– Виана! Какой сюрприз! – расплылся в улыбке Массимо. Он бесцеремонно подошёл вплотную и поднёс мою руку к своим губам.

– Массимо, Вы извините, но у меня здесь деловая встреча, – я перевела взгляд на птицу-говоруна в лице Густава.

Сделав попытку обойти Массимо, я потерпела неудачу. Он решил вдруг, что я очень хочу познакомиться с его друзьями. Но ведь ему неведомо, что заочно я уже знакома почти со всеми.

– Я рассказывал вам об этой прекрасной девушке. У нее очень красивое имя – Виана, – нараспев произнёс Данте, расхваливая меня перед даннами.

Я, наконец, позволила себе прямо взглянуть на компанию молодых мужчин, пришедших вместе с ним.

– Приятного вечера, Массимо, – проговорила я, всем видом показывая, что мне не интересны ни он, ни его друзья.

Обогнув Данте, я уверенной походкой направилась к своему столику, намеренно не смотря в сторону мужчин, которые продолжали издеваться над своим другом и отвешивать мне комплименты. Я услышала шаги – настойчивый Массимо решил меня остановить:

– Виана, побудьте с нами! Прошу!

– Прекрасная данна, Массимо только ради Вас притащил нас сюда, – кто-то из присутствующих решил помочь своему другу.

– Не нравится Масс – так нас здесь много молодых и красивых собралось! – самоуверенно сказал другой.

– Прекратили! – очень громко и властно приказал один из них. – Оставьте её в покое!

Этот голос привлёк моё внимание, вернее, его интонация.