Селекта

Я винила себя в том, что не спросила его, сколько будет длиться это «скоро»? Знал ли он точное количество дней или недель? Лучше бы сразу сказал, что его не будет долго, может я бы тогда перестала вздрагивать по ночам от каждого шороха, надеясь, что его «скоро» уже наступило.

Ворона всё не было и не было, а зима приближалась: воздух становился прохладнее, затяжные дожди всё чаще покрывали и без того грязные улицы глубокими лужами и жидкой грязью. В один из таких хмурых дней, натянув на себя старые штаны, футболку и толстовку с капюшоном, доставшиеся от Ворона, ставшие ему давно маленькими, я в который раз отправилась на промысел в верхний район – туда, где люди живут лучше, чем в трущобах.

Там дома снаружи выглядят намного чище, а на окнах висят цветастые занавески, скрывая от внешнего мира тепло и уют. Я откровенно завидовала тем людям, но не испытывала к ним ненависти. Хотелось хотя бы на один денёк оказаться внутри тех домов, искупаться в тёплой проточной воде, а не в прохладной и грязной речке за городом, почувствовать кожей и телом домашний комфорт, познать всё то, о чём мы так сильно мечтали с Вороном.

Глубоко вдохнув прохладный свежий воздух, я впустила смелость в тело и направилась к забору, разделяющему наш город. Этот глухой забор всегда безмолвно кричал о наших различиях, но у нас с ним был один маленький общий секрет: небольшой, практически незаметный, проход. Это наш с Вороном временный пропуск для незаконного промысла. Казалось бы, просто кирпичный забор, но люди за ним уже совсем другие, они ведут себя более расслабленно и непринуждённо, ведь им не грозит случайная смерть от чьего-то ножа.

Всё потому, что улицы курируют городовые, причём курируют именно от нас – людей нижнего города, будто бы зная о наших тайных лазейках.

Найдя укромное место, я внимательно приглядывалась к прохожим, высматривая жертву и прежде всего обращала внимание на одежду. У бедняков брать нечего, а у тех, кто носит чистые и целые вещи, можно попытаться украсть до нескольких серебряников. Их хватит на две вкусные свежие сдобы из булочной недалеко отсюда, которые я растяну на целых два, а может, и три дня.

Провожая голодными глазами «неподходящих» жертв, мой взгляд зацепился за высокую худощавую фигуру мужчины в красивом костюме серого цвета.

«Должно быть, это очень дорогой костюм, судя по тому, как он необычно переливается под скудными солнечными лучами, иногда выглядывающими из-за хмурых туч», – подумала я и, натянув капюшон пониже, пошла вслед за ним.