Сердце терновника, или Фаворитка эльфийского императора

Сколько ему лет, я не знала – дед всегда шутил, что помнит бывшего императора. В Снартари не принято выспрашивать возраст – вероятно, из-за почти бессмертных эльфов, чтобы лишний раз не подчеркивать разницу между нами и долгоживущей расой. И сейчас я дала бы ему не больше сорока, с молодой женой он будто сбросил груз прошлых лет, был оживлен и весел. Но не в этот раз....

– Сай, во что, ради Солнца, ты вляпалась?!

Дед рванулся вперед, сбросив руку Коры с плеча.

Я приняла сына из рук лиронны Фрайт и прижала к груди.

Это был долгий рассказ… Непросто сказать близкому человеку, что он не смог тебя защитить. Спектр эмоций деда сменялся подобно буре за темными зрачками – не требовалось быть Даной, чтобы все понять.

– И кто этот Фил при дворе? – деловито осведомился Фрайт на новом этапе переговоров.

– Кто-то из Совета Двенадцати, – вспомнила я печатку, радуясь отходчивости родственника, – точно не маг, косы он не носит и пользуется телепортационными кристаллами.

– Я знаю всех великих лордов поименно, – Кора выступила вперед, и я припомнила, что в последние годы она увлеклась политической жизнью, – опиши его, попробуем разгадать твоего «Фила».

Я невольно залюбовалась бывшей лиронной Вейден – черноволосая сияла жизнью и больше не была тенью брата, что явно ее тяготило. Она выглядела человеком, который в полной мере находится на своем месте.

– Фил, как и все снарры, красив, – я проглотила ком в горле, – но у него нетипично теплый оттенок волос и зеленые глаза.

– Хм… – Кора свела брови, все взгляды устремились на нее, – мне нужно проверить семейные древа некоторых родов. Возможно, он не из Совета.

– Только члены Совета могут отдавать приказ верховной жрице, – задумчиво произнесла Дана, – Фил, должно быть, чей-то родственник.

– Мы это выясним, – мрачно пообещал дед, – к тому же он явится сюда сам, говоришь? Поглядим на подонка.

– Я не хочу вас впутывать! – перспектива встречи эльфа с моей, ни много ни мало, семьей пугала. За покушение на снарра казнили без суда и следствия, а дед мог не сдержаться… Да он уже смотрел так, будто мысленно распинал эльфа на жертвенном алтаре. А этого мне, несмотря на все доводы логики, хотелось меньше всего. Хватило трех лет неведения и страха, что он мертв.