Бремя русских

– Слушай, Бокер, не будь таким занудой! – воскликнул он в ответ на мой осторожный вопрос. – Садись с нами, выпьем, поговорим!

Я каким-то чудесным образом сумел выпить очень мало. Но вот бедному дереву в кадке досталось явно больше, чем мне. Интересно, в растительном царстве бывают свои алкоголики?

При этом все мои попытки хоть как-то разговорить Гранта кончались примерно такими словами последнего: «Я ж тебе говорил, не будь таким занудой! Все идет по плану. Скоро будет договор! А о чем, я тебе расскажу, когда мы его подпишем.

Мало ли что там говорит Хейс – никуда этот договор от нас не убежит!»

Пользуясь моментом, я сумел-таки незаметно прошмыгнуть обратно в коридор, где ожидавший там слуга проводил меня обратно в мои апартаменты.

Прощаясь, слуга сказал:

– Мистер Бокер, уже половина шестого, а канцлер прибудет за вами в шесть часов. Если вы хотите, я могу ему передать, что вы еще не готовы.

– Нет, любезный, я в порядке, – ответил я.

 – Просто мне надо переодеться – от моей одежды слишком уж разит спиртным, – и к шести часам я буду готов к встрече с канцлером Тамбовцевым.

Слуга кивнул.

– Мистер Бокер, если вы положите вашу одежду вот в эту корзину, то ее постирают, погладят и повесят вот в этот шкаф, пока вы будете ужинать с канцлером.

– Спасибо, любезный, – ответил я.

Через полчаса, когда часы на Галатской башне пробили шесть, в дверь постучали. На пороге стоял канцлер Тамбовцев собственной персоной.

В отличие от атмосферы попойки у экс-президента Гранта, в зале, в которую он меня провел, царил уют, на стенах висели очень красивые картины с видами моря, а стол был накрыт на двоих. За ужином меня угостили неплохим вином, а еда за ужином была простая, но весьма вкусная. Мне показалось, что, подобно античным грекам, югороссы находили красоту в строгости и простоте, когда несколько точных и скупых линий значат больше, чем тонны всяческой мишуры.

Умение находить главное и добиваться его немаловажно для политика. И, как мне кажется, именно этим мастерством здесь, на берегах древнего Босфора, владеют в совершенстве.

После ужина мы переместились в соседнюю комнату, где мне были предложены коньяк и сигары, как и положено во время разговора двух джентльменов. Сам канцлер Тамбовцев, как оказалось, совершенно не курил, да и коньяка мы с ним выпили всего лишь по чуть-чуть.