Обратно в реальность

– Поче… ах да, они сообщат полиции. Но ты же ничего плохого не делал. То есть… они же сами напали.

– Нельзя, – отрезал он.

– Хорошо. У тебя же дома бинты, спирт есть?

– Да, а что? – с интересом посмотрел на меня Стас.

– Давай вернемся, я тебе помогу обработать рану. Только сейчас нужно кровотечение остановить.

– Ерунда, – отмахнулся здоровой рукой парень.

– Подожди. У меня влажные салфетки есть. Не бинт, конечно, но ими можно зажать рану.

Стас нехотя снял куртку. Я смастерила из четырех салфеток подобие повязки.

Дорога до дома показалась мне в три раза длиннее. Наверное, потому, что я переживала за друга.

Друг. Сегодня я впервые за последние лет десять так назвала кого-то. Мысленно, конечно, но все равно мне стало страшно.

– Стас, это ты? – спросила Елена Владимировна, когда мы вошли.

Благо, сидела она в своей комнате.

– Да, – ответил парень. – Мам, Катя забыла у меня… тетрадку. Мы сейчас.

Я быстро скинула пуховик и закусила губу. Моя верхняя одежда была испачкана кровью.

Стас сгреб в охапку обе наши куртки, другой рукой схватил меня и буквально втащил в свой комнату. Потом негромко произнес:

– Аптечка на кухне в шкафу рядом с плитой. Черная коробка с красным крестом. Все не тащи, принеси бинт и перекись.

Я метнулась в пищеблок. Благо, аптечка была не очень большая, поэтому перерыть ее удалось за минуту.

Парень стойко перенес обработку. Бинтовала я кое-как.

– Кать, не хочу тебя расстраивать… – произнес друг таким тоном, что я быстренько расстроилась.

На моих джинсах и свитере остались пятна крови. Вроде не очень заметные… А, нет, очень.

– Раздевайся, – скомандовал Стас, стягивая через голову футболку.

– Зачем? – осторожно поинтересовалась я.

– Кину твою одежду в машинку. К утру должно высохнуть. Только ты у меня останешься на ночь. Сейчас я тебе какую-нибудь футболку выделю.

– А твоя мама не будет против? – шепотом спросила я.

– Нет.

Парень натянул чистую футболку с удлиненным рукавом – чтобы прикрыть повязку на плече, – и выглянул в коридор:

– Мам, Катя у нас сегодня переночует.

– У нее своего дома нет? – послышался ехидный голос.

Алиса. Точно, как я могла про нее забыть.

– Что-то случилось? – А это уже Елена Владимировна.