Волшебный пояс Жанны д’Арк

Быть может, оно и так… Быть может, мне в моей грешной жизни случилось встретить истинную святую… только вот я слишком стар, чтобы не бояться чуда.

– Почему чудес надобно бояться?

– Хороший вопрос, Жиль. – Дед потер массивную переносицу, на которой белел старый шрам. – Чудеса укрепляют веру. А вера лишает человека даже не знания – познания. Она всецело подчиняет тому, во что он верит… в кого он верит… Абсолютная вера сродни абсолютному рабству.

Дед потер колено.

– Раб не способен мыслить. У него нет ни морали, ни права на нее.

Раб делает то, что приказывает ему хозяин…

Это прозвучало страшно.

– Но разве Церковь не учит нас верить…

– В Господа? Или в Церковь? – кривовато усмехнулся дед. – Господь не требует многого… в отличие от Церкви, которая одну веру прикрывает иной.

Жиль не знал, что ответить, но ответа от него и не ждали.

– Нет, мальчик мой, вера хороша для подчинения… сервы верят, что власть от Бога, и терпят… верят, что после смерти за терпение это им воздастся. Они несут к дверям церкви не только молитвы, но яйца, гусей, мед и хлеб.

Деньги, которые Господу точно без надобности, но простые люди верят, что должны платить Церкви за право молиться…

И дед прижал раскрытую ладонь к груди.

– Это опасные речи, Жиль…

– Я понимаю.

– Хорошо, что понимаешь. Церковь сильна. И власти имеет больше, нежели король… Король ныне власти вовсе не имеет, потому нам и приходится делать вид, что мы согласны верить по их правилам. И потому Церковь столь ненавидит всякое знание, объявляя его греховным, что человек мыслящий не будет мыслить лишь в их канонах… Вот так.

Все это было сложно и… интересно. Пожалуй, впервые дед говорил с Жилем как с равным.

– Жанна… верит?

– Именно, мальчик мой. Я не знаю, слышит ли она голоса ангелов. Или же ей кажется, что она их слышит. Но она верит в то, что ангелы говорят с ней… и верит, что каждое сказанное ими слово – истина. Сию истину она не станет подвергать сомнению. Более того, всякий, кто попытается это сделать, станет для Жанны врагом.

Люди, которые живут лишь верой, боятся всего, что эту веру способно разрушить. А страх порой заставляет делать ужасные вещи… потому я и отослал ее. Понимаешь?

– Кажется, да… дедушка.

– Вот и хорошо. Налей мне вина.

Жиль поспешил исполнить просьбу и, подав бокал, спросил:

– Я не хочу быть слепым.

– Ты и не будешь, – пообещал дед. – Я учу тебя… и думается, что научу. Но будь осторожен. На пути знания множество искушений.