Кольцо златовласой ведьмы

И на следующее утро, проснувшись затемно, Туфания не позволила себе выйти из дому.

Она открыла лавку и, сев рядом со старым помутневшим зеркалом, принялась расчесывать волосы… сделаны из золота? Золото холодное. А волосы – живые. Мягкие. Туфания часто моет голову, пусть бы кто и сказал, что это напрасная трата воды и времени. Туфания заваривает череду и душицу, чтобы волосы приятно пахли… и составляет смеси, которые продает другим.

Для волос.

Но можно сделать и такие, которые подошли бы для умывания.

Его зовут Арриго.

Чужое имя. Чужой человек. И разумным будет вычеркнуть его из памяти, пока не случилось беды.

Эта женщина заглянула в лавку под вечер. Сегодня людей было немного, в основном приходили за сборами, которые заказывали прежде, спрашивали обо всякой ерунде, разговаривали, советовали Туфании найти мужа… и каждый разговор вновь порождал мысли об Арриго.

Он никогда не женится на девушке, подобной Туфании. Быть может, он уже женат, и тогда ей останется роль любовницы. Многие богатые люди заводят любовниц, и это считается удачей. У Туфании появится дом и покровитель, если он достаточно богат – а Туфания видела, что Арриго состоятелен, – он избавит ее от забот…

…и добавит новых, иных, куда более страшных.

…любовницы стареют.

…любовниц бросают.

…как бросили маму, изуродовав ей душу… и как изуродовали эту женщину с тонким лицом.

Она вошла в лавку и замерла. Огляделась, подслеповато щурясь. Руки прижала к груди – скрещенными, словно защищаясь от кого-то. Женщина выглядела усталой, и Туфания сказала:

– Присядьте.

Она присела. И чашку с водой, той самой, из колодца, приняла. Пила маленькими глотками, то и дело облизывая губы. Ее лицо, некогда прекрасное, уродовали шрамы. Один глаз затянуло бельмом. А на тонких руках виднелись знакомые пятна.

– Чем вам помочь? – Туфании стало до слез жаль эту женщину, имени которой она не знала.

– Вы… Туфания?

– Да.

– Я думала, что вы старше… много старше. – Женщина отшатнулась, вскинула руку, чтобы осенить себя крестным знамением, но вдруг остановилась.

– Это не колдовство, – поспешила успокоить ее Туфания. – Меня назвали так же, как мою бабушку.

– Она…

– Умерла.