Война и мир на планете Фриурус

Везде в новостях мелькала цифра три: тут купили три дирижабля, там погибло три оборотня, тут спасли три пожирателя.

Удральцы представляли собой сплоченный народ. Их основной способностью было превращаться в саранчу и нападать на противника стаей. Оборотни, кстати сказать, их очень боялись. Лебрия переживала, что потеряет свое экономическое и военное превосходство на Фриурусе.

Мне затея с тремя властелинами не понравилась с самого начала. Получалось, что одним из этих властелинов буду я. Но за мной никто не стоял: кентавры меня ненавидели, орлы не считали за свою, так как я жила в Триулесе.

Кто будет защищать меня и мою семью в случае чего? Никто. Я всячески пыталась донести это до пожирателей, но им было плевать. Мои проблемы никого не волновали.

Обстановка начала постепенно накаляться. Я уже отчаялась найти новую работу. Все, чего я теперь хотела, это просто уйти от всей сложившейся ситуации и начать преподавать лебрийский на дому. Я мечтала от всего абстрагироваться и жить своей тихой спокойной жизнью.

Помимо Рыбата меня стали домогаться другие сотрудники. Один из них, по имени Ануслан, отправлял мне грязные пошлые сообщения. Моему терпению пришел конец, и я сообщила своему руководству об уходе.

Меня долго не хотели отпускать, поэтому пришлось несколько дней просто не ходить на работу. Когда же я пришла за вещами, начальник вызвал меня к себе.

– Что случилось, – спросил он, словно не понимая моего решения.

У него у самого было несколько жен. При всем при этом он и меня умудрился пару раз позвать с собой на море.

Я лишь делала вид, что не понимаю его намеков. А его вторая жена как-то даже вызвала меня к себе и начала намекать, что в случае чего оторвет мне голову. Кому ее старый безграмотный пердун вообще нужен?!

– Я решила уйти от вас. Мне тут плохо, – сдержанно ответила я.

– В чем причина? Почему ты так внезапно решила уйти? – продолжал притворяться непонимающим мой почти уже бывший начальник.

– Помните, вы сказали, что я должна буду работать у вас до пенсии? – срывающимся от обиды голосом спросила я.

– Да, – нахмурившись, ответил начальник.

– А вы обеспечили мне условия, чтобы я тут работала? Почему меня домогаются все, кому не лень? Я что кому-то давала повод? Если у меня супрейское имя, фамилия и отчество, значит, автоматически для вас, кентавров, я становлюсь девушкой легкого поведения? – еле сдерживая слезы, выпалила я.

– Кто тебе такое сказал, – занервничал начальник.

– Мне не сказали. Мне доказали уже.