Война и мир на планете Фриурус

Делов-то! Главная ценность зонта лично для меня заключалась в том, что он каким-то образом должен был помочь нам с Мортом воссоединиться и жить вместе долго и счастливо.

Зонт был плодом нашей с Мортом любви, и никто не имел никакого морального права отбирать этот зонт у меня! Никто! В тот момент я приняла решение, что буду защищать этот зонт от всякого, кто на него посягнет.

Однако разыгравшаяся на моих глазах битва крайне встревожила меня. Ни кентавриха, ни шакалиха не могли действовать сами по себе. Во-первых, они просто не могли знать о наличии у меня зонта.

Во-вторых, с какой такой стати он им понадобился? Кто-то, очевидно, очень хочет воспользоваться волшебной силой этого зонта. Но кто и с какой целью?

* * *

После вышеописанного события моя жизнь начала стремительно катиться под откос. Люди вокруг стали какими-то нервными. Кэйси перестала готовить еду для нас обеих, хотя раньше делала это с удовольствием. Когда я спрашивала причину, она аргументировала это тем, что мне пора самой учиться хорошо готовить.

Готовить я умела, не на уровне шеф-поваров, естественно, но вполне сносно. Однако у меня катастрофически не хватало времени на это, поскольку на работе тоже начали происходить «чудеса».

Дело в том, что я работала кассиром в компании по аренде велосипедов. И к нам в офис стали захаживать откровенно спятившие с ума люди. Это были клиенты компании из разных уголков Фриуруса. По природе своей они всегда были чем-то недовольны. А в последние дни как будто с цепи сорвались.

Как-то раз один из них даже угрожал взорвать наш офис вместе с нами. Учитывая, что данный индивид был из той части планеты Фриуруса, где такие взрывы дело обычное, слова его трудно было интерпретировать как шутку. Вскоре после этого наша компания наняла охрану, следившую за тем, чтобы никакой псих нас действительно не взорвал.

Затем я стала замечать, как мои и без того доселе недружелюбные сотрудники стали еще более враждебными. Дело в том, что мы все принадлежали к разным племенам, так как Лебрия была страной, куда беспрепятственно стекались люди с разных уголков планеты.

Что касается моей работы, то у нас в офисе преобладала круговая порука: люди помогали только своим соплеменникам. Так получилось, что все мои работающие там соплеменники были кентаврами. Так как я кентавриха лишь наполовину, то и отношения складывались точно также – «наполовину».

Мне было особенно тяжело привыкнуть к тому, что в офисе все ругались матом.