Алый флаг Аквилонии. Спасите наши души

Я бы и сам пошел в этот поход, но опасаюсь, что, пока мы будем плавать туда-сюда, Посредник может подкинуть нам очередную каверзу.

– И не думай об этом, Андрей, – возразил Сергей Петрович. – В качестве нашего комиссара, по совместительству корабельного врача, в рейс пойдет доктор Блохин, а в подкрепление ему мы выделим Серегу с его подразделением. На хозяйственных работах от него все равно мало толку, а в походе он будет вполне на своем месте. И вообще, как-никак он у нас специалист по подлодкам. Когда девки расскажут, как он обошелся с итальянцами, для советских подводников он станет кем-то вроде поп-звезды.

– Согласен, – сказал главный охотник. – Серега в таких случаях – это как раз то, что требуется. А отцу Бонифацию следует подготовиться к синтезу христианских и коммунистических идей, ведь социальные вопросы в христианском учении были отражены достаточно поверхностно, что и позволило церкви в нашем прошлом дать такой резкий крен вправо.

– Я готовиться, – коротко ответил священник.

– В таком случае, – сказал Сергей Петрович, – предлагаю завершить обсуждение подготовки спасательной экспедиции и перейти к текущим вопросам. В первую очередь, еще до полевых работ, нам необходимо организовать уборку прошлогоднего урожая крапивы…

5 апреля 3-го года Миссии. Пятница. Пять часов пополудни. Исток реки Босфор, азиатский берег, залив за мысом Анадолу, советская подводная лодка М-34.

Соблюдая осторожность (ибо бывают ситуации, что туда пойдешь и обратно уже не вернешься), капитан-лейтенант Голованов приказал бросить якорь в небольшом заливе на азиатском берегу истока исполинской реки. Местность тут выглядела совершенно иначе, чем в месте предыдущей стоянки. Если там пейзаж был равнинным, покрытым типичным для средней полосы смешанным лесом, то тут каменистые склоны холмов, поросшие жестким кустарником и кое-где прорезанные диагональными звериными тропами, уступами круто вздымались в небо.

Но командира подводной лодки в этот момент интересовал совсем не берег, который для него был всего лишь деталью пейзажа, а гладь истекающей из Черного моря исполинской реки. Поэтому, стоя на рубке, капитан-лейтенант Голованов наблюдал за тем, как мимо бесшумно скользят исполинские массы воды.