Между нами

Эвен являлся таким человеком, которого всегда хотелось обнять, и, несмотря на то что он был немного худощав, его объятия были самыми уютными на свете. Особенно мне нравились его накачанные руки, благодаря которым мой парень выглядел более мужественным.

Спустя несколько минут мы все дружно пошли купаться, почти не разговаривая, только улыбаясь. Да-да, невозможно не улыбаться, находясь в глубокой реке, которая ассоциируется с детством. Когда поднялись волны, нашему веселью и вовсе не было предела. С радостью на лицах мы подпрыгивали и издавали непонятные смешные звуки.

После водных процедур мы наконец открыли шампанское, чтобы отлично завершить день. Выходной удался.

После того дня ссоры, конечно, не прекратились, но, как сказал Эвен, их было меньше и все шли на компромисс, что, в общем-то, обнадёживало.

15:30

В комнате отдыха, или в «гримёрке», как в шутку называют её ребята, тихо и спокойно. Здесь стоят четыре маленьких диванчика и небольшой стеклянный столик. На стенах висят постеры с известными рок-группами, пахнет алкоголем и немного потом.

Я, как обычно, сижу с Эвеном, и он разговаривает со мной о различных способах релаксации. С ребятами я редко выходила на откровенное общение по душам. Мы лишь перекидывались общими фразами типа «Как дела?», «Как учёба?» или «Что нового на работе?». Между собой они болтали о музыке, о девушках, о нужных связях и обсуждали общих знакомых. Я к этому отношения не имела, да и не хотелось стеснять их в общении. Мы с Эвеном просто шли в комплекте.

Сейчас все молчат. У Майка – клавишника – трясутся руки, и мне кажется, что вот-вот он впадёт в истерику. Сегодняшний день определит: всё или ничего. Тут кто угодно с ума сойдёт! Эвен теребит мою руку и каждые пять минут делает глоток из дорогой фляжки, которую парни подарили ему на девятнадцатилетие. Я не спрашиваю, что в ней, – скорее всего, коньяк. Обычно он пьёт его для уверенности.

– Он здесь! – сказал друг группы и по совместительству работник бара – Бен.

– Чёрт! – дрожащим голосом выпалил Джерри, так что я даже вздрогнула. Да уж, он бы тоже смог стать вокалистом. – Не верится, что всё это происходит! Я до последнего думал, что у такого важного человека найдутся дела поважнее, или он попросту забудет про нас…

– Видимо, нас забывать не собираются. – говорит Эвен, и я вижу, что глаза у него бешеные. Он пытается улыбнуться, но ничего не получается.

– Выйдем к нему? – интересуется Кевин.