Цветы с ароматом жестокости 3

Наконец-то рука Виолетты нащупала что-то металлическое высоко на стене. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы кончиками пальцев раздвинуть листву. Металлическая панель с кодовым замком была вмонтирована очень высоко, поэтому до кнопок Виолетта едва дотягивалась. «Сделано под рост дяди», – догадалась она. Такой сложный доступ к цветочной комнате интриговал и настораживал одновременно. «Что же ты там скрываешь?», – думала Виолетта, закусывая нижнюю губу. Вся эта таинственность ее всерьез раззадорила.

– Код, код…, – шептала Виолетта, напряженно перебирая в голове памятные события из жизни своего дяди.

В первую очередь она ввела дату его рождения, но конечно, Игнат Угримович не стал бы устанавливать настолько простую комбинацию. Затем, она ввела дату своего рождения, потом день рождения отца, Розы, бабы Жени, своих братьев … все не подходило.

«О чем же он думал, устанавливая код?». Виолетта ввела дату подписания важного для корпорации договора – не подошло.

– Хм, – промычала она, раззадорившись еще сильнее.

«Ольга Никитична!», – догадалась Виолетта, вспоминая день ее рождения. Она ввела дату, но код снова был неверным.

«Я стал таким же, как мой отец. Нет, я еще хуже…», – вспоминала Виолетта слова своего дяди в моменты его психоза.

Она держалась за голову, пытаясь вспомнить дату рождения своего дедушки.

– Не помню! Да что ж такое!

Виолетта закрыла глаза и стала вспоминать своего деда, но перед глазами мелькали только немногочисленные черно-белые фотографии и могильная плита.

– Октябрь или ноябрь, – шептала Виолетта, вспоминая дату рождения, выбитую на надгробной плите. Но почему-то ее память воспроизвела только дату смерти.

– Черт! – вскрикнула Виолетта, коря себя за забывчивость.

Она ввела то, что вспомнила – четыре цифры – день и месяц смерти деда. В этот раз что-то пикнуло и раздался щелчок. Виолетта опустила ручку, и дверь открылась. «Подошло!», – обрадовалась Виолетта, немного смутившись оттого, что дверь в цветочную комнату открывалась датой смерти отца Игната Угримовича.

Забыв про бутылки, Виолетта вошла в комнату и стала с любопытством оглядываться по сторонам. На первый взгляд, здесь ничего не изменилось – изобилие растительности, шум от струи водопада, рассеянный солнечный свет. Но теперь в цветочной комнате иначе пахло, откуда-то доносился едва уловимый запах еды. Виолетта стала пробираться дальше, обращая внимание на то, что многие ветви растений обломаны.