Не сдохнут только одиночки

Взгляд его устремился в окно. Он замолчал, переваривая пережитое. – Наш судмедэксперт предполагает, что вирус передается через слюну и укус. Значит, и через кровь тоже. Поэтому, любыми способами избегайте попадания органических жидкостей на лицо и тело. Особенно в глаза и на слизистые.

– На нулевой фазе, – подхватил рассказ Петренко, – у человека развивается лихорадка. По предварительным прикидкам, длится она от нескольких часов, до суток, в зависимости от ресурса организма. Но все неизбежно заканчивается гибелью. Сегодня видели «дядечку», который «перегорел» за полчаса и сожрал кота, пока мы с его женой заполняли протокол.

– Ужас какой! – Прикрыла глаза Маргарита. Накладные ресницы задрожали, как крылья экзотической бабочки, и по гладкой щеке скатилась слеза, оставляя дорожку на пудре.

– Посмертное бытие тоже вызывает некоторые вопросы. – Вздохнул участковый. – Убить ходячий труп – сложно. Обязательное условие – необратимое повреждение мозговых центров, а без огнестрельного оружия это почти невозможно.

Особенно для дам, вроде вас. – Чумаков заметил, как я сморщилась, и поспешил загладить бестактность. – При всём уважении, но это – факт. Пробить череп не так-то просто. А попасть в глазницу – ещё сложнее, когда мертвец вихляется, туда-сюда. В его планы входит обед, а не смерть. Это нужно понимать…

– А хорошие новости есть? – Уставилась я на Петренко, самозабвенно поедающего печенья из вазы.

– Таки да, – смущённо улыбнулся он, закрывая пакет. – «Бешенного» – можно укокошить любым способом.

Прям как обычного человека. Но проходит время, и он восстаёт, становясь в разы более опасным по причине слабой уязвимости к травмам.

– В общем, не надейтесь, что зараженный вас поймет, пожалеет и отпустит. – Отхлебнул из кружки старлей. – Бейте точно в голову. А если сомневаетесь в своих силах, лучше вообще избегайте контакта.

– Это можно, – прошептала я, глядя, как мои припасы исчезают в бездонном желудке сержанта. Довольный Петренко уплетал конфету за конфетой, не взирая на молчаливое порицание командира.

– Мы тут скооперировались со смежным отделением полиции, – подвёл итог Чумаков, отставляя вазочку со сладостями подальше от сослуживца. – Их начальство тоже в курсе и не препятствует такому исходу. Будем содействовать друг другу по мере сил. Как-то нужно поддерживать порядок.

– А что – начальство? – Спросила я, ощущая, как лёгкий холодок пробирает поясницу, поднимаясь всё выше, к лопаткам.

– Высшие чины вообще отмалчиваются, полный игнор.