Проект «Индиго»

– Я очень хорошо метаю нож, – предупреждает Крис, видно замечая, как мечется мой взгляд. – Если хочешь остаться в живых, просто отдай папку. И тебя никто больше не побеспокоит.

– Извини, но я не могу. Слишком любопытна, – хватаю стул и со всей силы бросаю его в Крис. Пока та пригибается, перепрыгиваю через парту и прячусь за ней. Раздается грохот. Надеюсь, что стул не задел Эдика, который продолжает изображать из себя мертвеца и валяться на полу, как побитая собака.

– Сука, – шипит Крис. Я выглядываю из-за парты и вижу, как она потирает левую руку.

Жаль не правую. Нож девушка все еще может метать.

Крис прыгает на парту, за которой я прячусь, и пытается полоснуть меня ножом. Инстинктивно откатываюсь к окну. Цепочка, на которой висит мой камушек, цепляется за ножку стула и рвется. Только я этого даже не замечаю.

Стараюсь двигаться быстро, поднимаюсь, опираюсь на подоконник и понимаю, что выпустила папку из рук. Она лежит в нескольких метрах от меня.

Бросаюсь на пол животом, совершенно не думая, что испачкаю одежду.

Сейчас в моих руках чужие жизни. Крис кидается за папкой в тот же момент. Я успеваю раньше, хватаю папку и вышвыриваю ее в окно. Она тяжелая, далеко не улетит.

– Может, я и обычная, может, у меня нет сил, но зато у меня есть пять лет художественной гимнастики, – говорю я, ударив Кристину ногой в голову, с разбегу перемахиваю через подоконник и лечу вниз.

Сгруппироваться не успеваю.

Удар по ногам, я пытаюсь его смягчить, перекувырнувшись, но все равно лодыжка как-то неудачно подворачивается.

Я растягиваюсь на земле. И пытаюсь быстро оценить повреждения. Надо убираться отсюда как можно скорее, но я даже не могу нормально встать.

– Ты облегчила мне задачу, Ключникова, – доносится сверху.

На глаза наворачиваются слезы. Я пытаюсь на четвереньках отползти к кустам, чтобы укрыться за ними, но все равно понимаю, что Крис меня найдет.

Подбираю папку и вырываю из нее листок с информацией на Егорова Бориса. Если выберусь отсюда, должна буду его найти.

Пока Кристина спускается по лестницам во двор, я успеваю спрятать папку в старой трубе, что лежит тут, ржавея с каждым днем. И как только я ее прячу, сверху кто-то падает.

Не успеваю вскрикнуть, как ко мне, прихрамывая, подбегает Эдик.

– Идти можешь? – шепчет Эдик.

Я отрицательно качаю головой.

– Где папка?

– Здесь, – показываю на трубу.

Эдик достает ее из трубы, засовывает себе под рубашку и поднимает меня на руки.