История Эверис Фэлс

Ноэль всегда была очень аккуратна. Помогала только «своим». И это была угроза?! Мать его! От профессора! Хотелось написать жалобу в ректорат за намеки и откровенный шантаж! Но… я не могла. Во–первых, тогда мы все пойдём в Международный суд, и мы его не выиграем, так как действительно это не законно пользоваться запретным колдовством. Ведь территория в данный момент действительно принадлежит Россарийской империи, и мы являемся ее подданными. Во–вторых, родители не в курсе моего дара «ходящей». И в–третьих, какого драного дрына я связалась с этим его племянником! За каким хреном им понадобилось устраивать постановку?!

Всю дорогу до алхимического крыла, я захлебывалась мыслью что же делать?

Лив недоумевала с моего состояния, на занятии я отвечала не впопад, сломала термометр, разлив ртуть и напутала с электролитами в ретортах и одна из колб расплавила стол.

– Я знаю, что с вами происходит, мисс Фэлс. – женщина сидела за преподавательской кафедрой и проницательно смотрела на меня, приспустив очки половинки на узкую переносицу.

– Знаете? – удивилась ее осведомлённости.

– Конечно. – сняла окуляры. – Когда я была в вашем возрасте, то тоже испытывала подобное. – мечтательно закатила большие дымчатые глаза дама, а ее креньдельки забавно дёрнулись от резкого движения.

Я нахмурилась, не понимая в который раз за день, о чем толкует эта женщина.

– Эверис, это нормально, что чувства обуревают твою юную душу. Ты ведь переживаешь из–за парня? – по–доброму улыбнулась женщина.

– В какой–то мере. – честно ответила ей, совсем не настроенная делиться тяготами сопряжённые с пресловутой северной лихорадкой, и непристойным предложением профессора, а если по просту «шантажом».

– У меня для тебя кое–что есть. – полезла под стол и с минуту покопавшись миссис Пэриш вытащила потертую, явно не раз прочитанную книгу в коричневом переплете, и протянула мне. На обложке витиеватыми буквами было напечатано «Розы в терновнике», авторства некоего Соэма Вильи, чья фамилия говорила о явно южном происхождении.

– Это бальзам, объясняющий многие стороны того светлого чувства, что накрывает юные сердца с головой, затмевая разум.

Мда, затмевает тут разве что разум поведение дружественного народа, о дружестве котором я сильно засомневалась в свете последних событий. Но кому–то, похоже, слишком сильно в детстве бахнули по голове, если кое–кто втягивается в драку по щелчку пальцев.