Пока мы люди

Несколько раз мистер Гилберт глубоко вздохнул, возвращая себе самообладание, и улыбнулся ребятам.

– Так как у нас здесь сегодня новенькие, я расскажу правила поведения на наших занятиях,– его голос приобрел медовые нотки, а улыбка на лице ложно уверяла, что мужчина добрый и приятный учитель.

Вот только Мира уже не была готова купиться на этот обман. Она и так не доверяла никому из взрослых в Обители, но этот преподаватель вызывал только отвращение.

Правила были простые. Не шуметь. Не разговаривать. Можно лежать, можно сидеть, можно дремать.

Это уже насторожило Миру.

– Ваши прохладительные напитки, – профессор щелкнул пальцами и две миловидные девушки внесли подносы с бутылочками, в которых плескалась какая-то зеленоватая вода.

Ребята разобрали бутылочки, кто-то сразу пригубил напиток и блаженно прикрыл глаза.

Мира несмело приоткрыла крышечку и понюхала. Пахло мелиссой и еще какими-то травами.

– Смелее, – улыбнулся Гилберт девочке. – Это вкусно, попробуй.

Мира послушно поднесла бутылку к губам и сделала вид, что отпила глоток.

– Очень вкусно, что это? – пытаясь разыграть из себя дурочку, заулыбалась Мира.

– Обычный травяной чай. Он полезен для вас.

Профессор Гилберт разложил большой переносной экран. Покопался в коробочке, рядом с ним.

Спохватившись, мужчина хлопнул в ладоши, и купол затянулся темными вставками, не пропускающими дневной свет.

Мистер Гилберт вдавил пальцем кнопку на черной коробочке, и громкий звук сотряс стены помещения.

Мира вздрогнула от неожиданности.

– Война! – прозвучал мужской голос, а на экране возникли кадры сражений и взрывов. – Несколько сот лет назад была страшная война…

И дальше видео продолжилось в том же духе: как много было пережито людьми, как много они потеряли, и как долго пришлось восстанавливать поселения, чтобы основать город, в котором сейчас царит безмятежность.

А дальше началось что-то странное. Голос диктора стал медленным, картинки сменились на синий мигающий фон.

Мира попыталась закрыть глаза, но не смогла. Она понимала – надо что-то предпринять, но экран мигал, а девочка продолжала сидеть и смотреть. Все внутри Миры сопротивлялось, сердце бешено стучало в груди.

Девочка чувствовала, будто она заперта в своем теле.