Моё лимонное дерево

Наверное, мне до сих пор не верится, что он мой. Возможно оттого, что запах прошлых хозяев все еще витал в воздухе.

Закончив уборку, я бросила тряпки на стул рядом и, облокотившись на стену, созерцала, как солнце начитает стремительно подниматься вверх.

Трр… Трр… Я вздрогнула от резкого звука, который издал мой мобильный.

– Оливия? Тебя нет дома. Мама говорит, что ты переехала. Я ее не понимаю. Это правда?

Услышав голос сестры, я присела и сделала глубокий вдох, прежде чем ответить.

– Привет, Кристина.

Да, мама не врет. Ты же знаешь, что она никогда тебя не обманет.

– Так значит, это правда? Но это же… Опасно! Ты так далеко от дома, ты должна срочно вернуться!

– Я переехала на пару улиц дальше от дома. Все в порядке, я буду навещать тебя…

– Но… Это опасно, опасно! Что, если ты не успеешь вернуться, когда все начнется? Мне даже подумать страшно!

Я провела ладонью по лбу, растягивая кожу, чтобы снять напряжение.

– Все будет в порядке, Кристин! Я обещаю, что даже конец света не разлучит нас с тобой.

Когда придет время, мы с Селеной будем рядом. Я обещаю… Обещаю, слышишь меня?

Я положила трубку, услышав, как Селена хлопнула дверью в ванной. Завтрак.

– Омлет на скорую руку, с базиликом и томатами! – Грандиозно произнесла я, когда Селена зашла в обновленную кухню.

Сначала она просияла, увидев совершенно другой вид, но услышав меню на завтрак, скривилась так, как умеют только дети. До умиления безобразно. Но все же уселась за пластиковый стол и со скрипом пододвинула его до упора к своей груди.

Я подала завтрак, сварила какао и посыпала его зефирками, которые стремительно начали таять в нем, как неожиданный снег в мае.

Солнце уже было достаточно высоко, чтобы заполнить всю кухню золотым светом. Я наблюдала, как лучи разбивались о рельефные оконные стекла, создавая замысловатый узор на стенах, на столе, на моей дочурке и Снежном, сидящем рядом со своей чашкой какао. Я думала о том, как здесь тихо и спокойно. Думала, как нам здесь будет хорошо, в тишине…

Оливия

Большую часть своего детства я провела в самодельном бункере, который выкопал мой отец.

У меня никогда не было своей комнаты, я всегда должна была делиться с Кристиной, опекать ее и быть рядом. У сестры был бункер. Свой мир, пусть и выдуманный, но все же свой. У меня же была Кристина.

Мне было двенадцать, когда я впервые испугалась собственной сестры. Семилетняя девочка, которая пряталась в школьной каморке.