Анапские истории

Он начал бить меня сразу же, как переступил порог дома. Я плакала и умоляла его не делать этого, но он не мог остановиться. От боли и ужаса я потеряла сознание. Когда я очнулась, в доме была тишина. Мне даже на минуту показалось, что я умерла. Но лучше бы так и было.

Он снова появился. И продолжил бить меня. Сначала, я кричала, звала на помощь. А потом силы просто оставили меня. И снова забытьё.

Когда я пришла в себя, я лежала на полу, а он, как ни в чём не бывало, спал на диване. Я долго смотрела на него и боялась пошевелиться.

А потом подумала, о том, а что, если под голову ему положить что-нибудь твёрдое и ударить топором, я его сразу убью или нет. Собственные мысли меня привели в ужас.

Он зашевелился на диване. Я испугалась, подползла к столику и взяла икону. Забилась с ней в угол и стала молиться. Потом мне показалось, что это не я молюсь, а кто-то другой, а я хожу по комнате. Да-да, я видела себя со стороны.

Наконец, настало утро. Я не знала радоваться мне солнцу или наоборот. Сейчас это чудовище проснётся.

Но он встал, как, ни в чём не бывало, посмотрел на меня и предупредил, что, если я, хоть кому – то скажу о том, что было ночью, он убьёт меня.

Я стала бояться его. Он не бил меня уже так сильно, но делал это регулярно. Я была виновата во всём: в том, что наша сборная проиграла матч по футболу, в том, что сломалась машина, в том, что задержали зарплату. В общем, во всём.

– Даша, ты сумасшедшая,– не выдержала Алиса,– почему ты не бежишь от него, он же зверь.

–Я боюсь.

Вам меня не понять. Вы, когда – нибудь боялись так, чтобы голос пропадал, и дышать было невозможно? А я боялась. Да и кому я нужна в 35 лет.

–Сколько?– вырвалось у меня, ведь я думала, что ей лет пятьдесят. – Сколько тебе лет?

– Тридцать пять. А что? Да и вообще, есть же народная мудрость «Бьёт, значит, любит», – попыталась Даша, хоть как-то оправдать Андрея.

–Бьёт, не значит любит. Бьёт, значит ст.115,116 Уголовного Кодекса РФ,– выпалила Алиса.

–Неужели ты не пыталась сбежать от него?– спросила я.

–Пыталась. Однажды, во время очередного избиения, я выбежала на улицу и стала звать на помощь. Я увидела, что на балконе стоят две женщины и устремилась к ним. Он догнал меня прямо у их дома и продолжал избивать. Но теперь он не просто бил, а бил напоказ, как бы, показывая им, какой он герой. Они развернулись и ушли, не проронив ни слова. Я поняла, что спасения нет. Никому я не нужна.

–А, как ты очутилась здесь?– спросила Людмила.