Подъезд

Подъезд

Екатерина Константиновна Гликен

Если вы до сих пор уверены, что ужасы и мистика – это про заброшенные дома или кладбища, то попробуйте вечером подняться на верхние этажи пешком в многоквартирном доме. Можете даже закричать – никто не высунется, чтобы помочь вам или узнать, что случилось. Все уже знают: не стоит вечером высовывать носа на лестничную клетку. Наверняка, вы знаете примету – мусор после шести нет выносят. Почему? Денег не будет? Ха! Пройдитесь с первого по десятый. Темный душный подъезд.

Екатерина Гликен

Подъезд

Судорогой схватило ногу, и он моментально застыл с искривлённым лицом. Кричать было нельзя, двигаться дальше тоже не было никакой возможности. Страх, гнавший его по тёмному подъезду, немного отстал, но до двери квартиры оставался ещё этаж, и его непременно нужно было как можно скорее пройти.

«А что, действительно, в противном случае? – задумался он. – Ведь никто точно не знает, что случается с теми, кто не дошёл. Они просто исчезают и всё. Просто перестают встречаться на лестницах. Никто, на самом деле не знает, где они. В конце концов, может, они просто переехали на другие квартиры…»

– Отставить малодушничать! – резко оборвал он сам себя и попытался продолжить путь.

Встать на обе ноги было невозможно, боль, закрученная в правой стопе, выворачивала наизнанку весь организм.

Спасительные "44", дотянулся до дверного замка, вставил ключ, провернул его на пол-оборота. Вот уже два месяца, уходя из дома никто не запирал дверь на два ключа или полные три оборота. С тех пор, как в подъезде объявилось злобное нечто, важнее стало быстрее попасть внутрь, чем защитить себя извне.

Закрывали только слегка, чтобы что-то, совершенно непонятное, но совершенно осязаемое всеми фибрами души, не ворвалось в открытую дверь квартиры.

Ввалился в квартиру кувырком, так было быстрее, и сильно рванул дверь за собой, щёлкнул замок и сразу за ним раздался глухой удар с той стороны.

Но всё уже было позади, он наконец-то позволил себе кричать от боли, вправляя выскочивший сустав правой ноги. Комнату и коридор заливало яркое полуденное солнце.