Как убить человечество

Близнецы шли в кабинет слушания музыки и музыкальной литературы, название которой было официальным, и остановившись, были уверены, что слушать музыку они не будут.

Близнецы осмотрели кабинет, заставленный низкими партами и стульями, стоящими в два ряда в каждом по четыре. Там был только один мальчик их возраста. Другим было на вид лет семь- восемь, и они удивл?нно глазели на близнецов.

«Неприлично даже как-то», – подумали они.

Деление на классы в музыкальной школе было по годам обучения, а не по возрасту.

Мальчик своими пронзительными голубыми глазами смотрел в затылок учительницы, она писала на доске какие-то символы, непонятные для близнецов.

Рина с Киром сели за этим мальчиком на третью парту. Тот, повернувшись, произн?с:

– Я Фил, – протянул он руку.

Теперь он смотрел прямо в глаза близнецов и улыбался.

Друзья познакомились с Адрианом, наткнувшись на него в кабинете директрисы. Рина, Кир и Фил шумели и смеялись.

«Не похоже, чтобы они расстроились» – подумал Риан, не удивившись.

Собственно, самой директрисы в кабинете не было. Это отчасти оправдывало их громкое поведение.

– А вас за что? – поинтересовался русоволосый мальчик с нежными чертами лица, глядя на них, и перебивая рассказ Фила об одной из их учительниц.

– Прогуляли сольфеджио. – ответила Рина, – А ты?

– Опоздал на пять минут, – усмехнулся тот, проведя рукой по затылку.

– Всего-то? Очень справедливо. Почему мы не видели тебя на занятиях? – спросил Кир.

– Уже четв?ртый год учусь. Я Адриан, можно просто Риан, – протянул он руку.

– То есть тебя пытают этим уже четыре года? Ужас какой, – пожалела его Рина.

– Не то чтобы, я ни разу не прогуливал. Но свободного времени нет от слова “совсем”, – произн?с Риан, глядя на поворачивающуюся дверную ручку.

Глава 1

Поднимая голос на малую терцию выше и заканчивая петь, Рина быстрыми движениями пальцев перебирала струны электрогитары, висящей на её плече, отбивала такт правой ногой, при ч?м игра и пение становились проще, внимательно смотрела на гриф, но пыталась отрывать взгляд в качестве тренировки, хотя это давно перестало быть для неё сложным.

Сложным становился факт перебивания их музыки из других кабинетов: музыкальный диктант у младших на сольфеджио, с незатейливой детской песенкой, пение вокалиста, исполнение Чайковского на фортепиано, медленное проигрывание нот на балалайке, табулатуру которых только учили.