Мой любимый кот

– Пап, ну, пожалуйста, пожаааааалуйста… – Жалобно произнесла Рада, сложив ладони под подбородком, словно лапки.

Отец глубоко вздохнул и посмотрел на маму. Та пожала плечами:

– В крайнем случае, проведёт последние дни в любящей семье.

Следующие слова она уже адресовала сестрёнке:

– И как мы его назовём?

– Рыжик! – Тут же выдала Рада

– Как банально! – Фыркнула я.

Сестрёнка ничуть не обиделась.

Я стояла немного в стороне и наблюдала за происходящим без особого интереса.

Рыжий, теперь уже наш, кот приподнял голову, будто поняв, что беседуют о нём.

Питомец тут же обратил на меня пристальное внимание, словно узнал во мне кого-то.

Сперва он посмотрел на меня очень внимательно, я заметила его заинтересованность, но вскоре его взгляд потух, как догоревшая до основания свеча. Он снова отвернулся от нас, уложив голову вдоль тела.

Работник приюта окончательно удостоверился в выборе и открыл клетку с рыжим недоразумением.

Кот даже не дрогнул, когда его доставали из тесной железной ячейки.

В руках работника он повис, будто тряпичная, бездушная кукла. В глазах питомца не отражалось ни капли жизнерадостности. Думаю, родители, как и я, были преждевременно готовы к его кончине. Все мы… но не Рада. Она с твёрдой уверенностью настояла купить ему переноску и игрушки.

Пока отец с сестрой занялись покупками для нового члена семьи, мы с мамой остались заполнять документы.

Кота принесли и уложили неподалёку от стойки для оформления бумаг.

Он всё так же бесчувственно лежал, без должного участия к происходящему вокруг.

Взглянув на рыжего, я вдруг почувствовала невероятную вспышку гнева. Мне будто захотелось подойти и причинить ему неимоверную боль. Но здравый рассудок заставил меня держать себя в руках. К тому же, Рада бы здорово огорчилась и не простила бы мне этого… Да, и я сама была очень удивлена такому порыву – хоть он мне и не понравился, но живодёркой я никогда бы не позволила себе стать.

От жутких помыслов меня вернул в реальность звонок дверного колокольчика – Рада с отцом вернулись с магазина. Сестра держала охапку развлечений для кота – от пищащих и звенящих до воздушно мягких и пушистых.

Её чистая, искренняя улыбка тут же растворила мои жестокие мысли, оставив лишь стыдливые отголоски совести.

Рада преподнесла игрушки новому зверьку, словно трофей к его лапкам. Рыжик поднял голову, недоумённо рассматривая подарки.