Зеркало отшельника 2

– Да, доченька, ведьма… Теперь и ты…

– Я-а?? Э-Этто шутка..? Мама…!

– Успокойся доченька… и… я не шучу… Как бы я хотела услышать этот зов… – повторила она – Но… но я не жалею, ведь у меня есть ты…

И женщина со слезами на глазах обняла дочь. Но девушка осторожно отстранила руки матери и, не мигая, глядя ей в лицо, сдерживаясь, чтобы не закричать, прошептала – И-и, что мне теперь делать…?

– Пока ничего – мама, успокаивая, провела ладонью по волосам девушки – бабушка уже знает, что ты услышала зов и скоро приедет, а потом… Я не знаю.

Ночью Свете стало плохо. Поднялась температура, ее рвало, просто выворачивало наизнанку, судорогой сводило мышцы рук и ног, отпускало, ненадолго, и снова, волна за волной наплывало, захлестывало и с каждым разом, все жестче и сильнее. Принося, лишь изредка, спасительное забвение.

Мама и отец, изгнанные из комнаты дочери на кухню бабушкой, всё порывались вызвать скорую, но под выразительным и совсем не ласковым взглядом женщины, не смели этого сделать.

Потом пошли долгие и долгие месяцы обучения. Утром институт, после обеда тряская поездка за город, к бабушке на отцовском «Логане».

Отец, поворчав, смирился с тем, что стал пешеходом, лучше уж пешеходом, чем в одной квартире с ведьмой-тещей. И подумывал о приобретении второго автомобиля.

За это время Света превратилась из цветущей и совсем не худенькой девушки, в подобие вешалки для одежды, даже цвет лица изменился, стал синевато серым. Но она не роптала. Ей даже нравилось. И сам процесс обучения, и близость бабушки, и ее благоустроенный коттедж, на краю села, и черный огромный ленивый кот, и…. Да, в общем, всё. Всё нравилось.

Все же не так часто они общались до этого. И причиной тому были не простые отношения бабушки с отцом.

Обучение продолжалось и сейчас, но уже не такое изматывающее. Все же основные навыки она получила. Да и в институте сейчас каникулы.

Получила и первое задание. Почувствовать, найти в среде своих сверстников, пусть и неинициированных, пусть слабых, но одаренных.

Света сидела, поглаживая свою магическую шероховатую подругу. Не успела еще, та, превратится в гладкий, отшлифованный миллионами прикосновений руки своей хозяйки, привычный, магический атрибут.