Соблазнить демона

Пробегающий мимо арлекин попытался обнять обеих девушек сразу, но не смог, поскольку был уже пьян. Виолетта замерла, а Милдред захихикала и увернулась, оставив пройдоху ни с чем.

– Летта, хватит стоять, пойдем развлекаться! – подруга подхватила с подноса две кружки с молодым вином, быстро опустошила свою и бросила на землю.

Глина разлетелась в мелкую крошку. Милдред это ничуть не смутило. Все еще смеясь, она увлекла Виолетту за собой туда, где под огромной яблоней, прямо на зеленой траве, расположились музыканты.

Вокруг них собралась целая толпа. Кто-то подпрыгивал в такт музыке, кто-то танцевал, несколько пар самозабвенно целовались. У одной из девушек корсаж соскочил с груди, и теперь все могли видеть белое полукружие. Ни саму пастушку, ни Пьеро, целовавшего её, это не смущало. Напротив, мужчина то и дело поглаживал кожу, зажимая затвердевший розовый сосок между пальцами. Бесстыдно выгибаясь, пастушка то и дело постанывала от удовольствия.

Виолетта почувствовала, как ее охватывает дрожь, а низ живота свело странной судорогой.

Милдред с удивлением взглянула на подругу. Чтобы скрыть неловкость, Виолетта схватила кружку с вином и выпила почти залпом. С размаху бросила на землю.

– Осторожнее! – весело крикнула подруга.

Она хотела добавить еще что-то, но музыканты заиграли громче. Веселая незатейливая мелодия просто заставляла пуститься вскачь, вино начинало бурлить в крови, а в глазах просто пестрило от шелковых домино. Виолетта попятилась, пропуская танцующих, и едва не сбила у кустов сирени пастушку в черной бархатной маске, которая во всю кокетничала с османским пашой. Тот кидал весьма недвусмысленные взгляды в нескромный вырез соблазнительницы и лихо подкручивал усы.

– Простите, – девушка отошла в сторону, но увлеченные друг другом не услышали ее извинений. В ту же минуту Виолетту подхватили в хоровод танцующих. Краем глаза она заметила, что паша притянул пастушку к себе и жарко поцеловал, и их скрыла толпа.

Смех и веселье, царившие повсюду, были заразительны, и Виолетта, оказавшаяся в гуще маскарада, невольно забыла обо всем, чему ее учили с детства.