Путь над бездной

Торсен тронул ее за руку, привлекая внимание:

– Дарина, познакомься с моим кузеном…

Она повернулась, вновь встречаясь с этим золотисто-зеленым насмешливым взглядом…

Силой отогнав от себя воспоминания, ведьма вновь села напротив инквизитора. Кошка прислонилась к бедру хозяйки и вопросительно мяукнула. Дарина потрепала ее за ушами. Ириус молчал, внимательно всматриваясь в почти забытое лицо ведьмы. Он хотел спросить, как она жила все эти годы, как выжила тогда, когда все отвернулись от нее, но понимал, что это бессмысленно.

Все эти годы он часто брал свиток и внимательно вчитывался в допросы, стремясь найти хоть одну зацепку, но тщетно. Да и допросов как таковых не было, лишь самые общие фразы, на которые Дарина всегда отвечала «не знаю». Почему-то к преступившей закон ведьме не применили пытки, и инквизитор до сих пор гадал, почему дознаватели отступили от привычного ведения дела. Потом, после побега, за голову ведьмы была обещана немыслимая награда, инквизиция считала делом чести найти её, но преступница буквально растворилась в воздухе.

Следуя букве закона, инквизитор был обязан арестовать ее и препроводить в столицу. Но Ириус слишком хорошо знал, что творится в застенках старой каменной Башни, грозно возвышавшейся неподалеку от изящного королевского дворца. Конечно, можно было объявить ведьму своей личной пленницей и отвезти к себе в загородное имение, но ему не хотелось этого делать.

Ириус был почти уверен в невиновности Дарины, слишком уж много мелких нестыковок он нашел в деле. С другой стороны, он опоздал, судебное решение было вынесено, и не во власти инквизитора было дать полное отпущение.

Конечно, он мог бы уговорить Ланса, и тот, возможно, пошел бы ему навстречу, но тогда долг перед другом стал бы уж совсем неоплатным. К тому же Ириусу претила официальная церемония: одетый во все белое преступник на коленях приближался к трону, где и произносил слова раскаяния, накладывая на себя пожизненное заклинание подчинения королю.

Инквизитор бросил задумчивый взгляд на Дарину: нет, на такое ведьма сама не согласится. Оставалось лишь предложить ведьме то, что он придумал, но сейчас весь план стал казаться неправильным.

Испытывая непривычное чувство нерешительности и оттого раздражение, Ириус помрачнел.