Повелитель драконов

Анна зло рассмеялась.

– Что я пожелаю? Вы так легко произносите слова! А если я пожелаю уехать отсюда? Вы меня отпустите?

Раймон покачал головой:

– Увы. Это не в моей власти.

– А в чьей? Разве не вы – победитель, захвативший замок?

– Я лишь выполнял приказ короля. Вы – его пленница, как и те, кто сейчас находится в подземелье.

– А головы на воротах? Тоже приказ короля? – голос был наполнен горечью.

– Нет, – Раймон с вызовом взглянул на женщину, стоявшую посередине комнаты. – Это приказал я.

К его удивлению, Анна лишь усмехнулась:

– Жестокий герцог и милосердный король?

Раймон в ответ лишь поклонился, старательно избегая встречаться с леди Скай взглядом. Поразительная женщина. Если бы она вышла на поле боя вместо своего мужа, Повелитель драконов не был бы уверен в исходе битвы.

Анна покачала головой. Гнев испарился, оставив место ставшей привычной за последние дни усталости.

– И какой милости мне ждать от его величества? – сухо поинтересовалась она.

Раймон пожал плечами:

– Я не знаю.

– А остальным? – встревожилась леди Скай. – Что будет с ними?

– Если вы о девушках… – начал герцог, но Анна нетерпеливо отмахнулась.

– Я прекрасно понимаю, что гарьярды разделят мою судьбу. Но что будет с теми, кто сейчас находится в подземелье?

Аквамариновые глаза пытливо всматривались в лицо Повелителя драконов. Не в силах лгать, он отвернулся и подошел к стене, делая вид, что рассматривает гобелен: охотники загоняют лань.

Понимая ответ, который кроется за этим молчанием, Анна отвернулась к окну и вскрикнула.

На нее скалился огромный черный дракон.

– Мрак! – герцог подскочил к окну, распахнул тяжелую раму. – Опять сбежал, негодник!

Ярко-алые глаза вспыхнули. Монстр фыркнул, выпуская из ноздрей струйки дыма. В комнате пахнуло пеплом.

– Осторожнее!

Анна не сразу поняла, что обращаются не к ней. Как зачарованная она следила за рукой герцога, гладящей морду зверя.

– Если мы закончили наш разговор, милорд, то я прошу вас удалиться! – произнесла она, изо всех сил стараясь говорить твердо, чтобы не выдать смятения, охватившего ее.

Герцог оглянулся, а дракон насмешливо оскалился, явно читая то, что творится на душе у людей.