Госпожа «Нет». Книга 2. Любовь без ошибок

Что ж, тот, кто планировал крушение, предусмотрел все.

– Все?

– Если бы я не решил посмотреть на звезды, флаер рухнул бы на самые густонаселенные кварталы. Даже если бы мы и выжили, ущерб был бы колоссальным.

Эмбер на секунду задумалась, а потом уверенно предположила:

– Дискредитация монархии и смена политического режима?

– Не думаю. Все действия направлены на меня лично.

– Но если бы вы… – Эмбер хотела сказать «подали в отставку», но поняла, что это неуместно.

– Вынужден был бы отречься от престола?

– Да, кто следующий в очереди?

– Фелиция.

– А! – Эмбер сразу вспомнила скандал во дворце, свидетелем которого она стала, как и все, кто был на ужине.

– Проклятия имеют свойства сбываться, – император легко прочел ее мысли.

Он допил воду и поднялся. Было заметно, что несмотря на военное прошлое, каждое движение дается ему с трудом.

– Давайте, нам осталось немного. – Эдвард протянул руку, помогая женщине встать. Неодобрительно посмотрел на туфли на каблуках и вздохнул: – Все-таки надо подарить вам ботинки.

Прежде чем Эмбер успела возразить, что ей ничего не нужно, император снова зашагал в одному ему ведомом направлении.

Дальнейшее запоминалось с трудом. Они все шли и шли, каблуки то и дело застревали в траве, мелкие камешки и ветки постоянно попадали под подошву, а корни деревьев оказывались на пути в самый неподходящий момент. Ног Эмбер уже не чувствовала, но упорно продолжала, ухватившись за носилки, идти за императором.

Слишком поглощенная тем, чтобы просто шагнуть, она опомнилась, только когда они почти врезались в стену. Огромная темная твердыня, поросшая травой и мхом, возвышалась над ними.

Все еще не веря собственным глазам, женщина осмотрелась. Стена простиралась в обе стороны и терялась в темном лесу. Дальше пути не было. И Эдвард завел их сюда?

Эмбер глухо застонала, с горечью осознавая, что ее вера в императора оказалась фикцией. Их ночной марш-бросок, его уверенность, которая бесконечно ее подкупала – все это пшик? И он такой же, как и все… просто болтун.

Она до боли прикусила губу, понимая, что сейчас бросать обвинениями в лицо просто бессмысленно, хотя ей очень хотелось расцарапать это самое лицо ногтями. На это бы ей сил хватило.

Прислонившись лбом к прохладной, мокрой от ночной росы стене, она стояла и просто дышала. Больше всего хотелось рухнуть на землю и зарыдать. Останавливало лишь понимание: если она упадет, она уже не поднимется.