Давай сыграем в любовь

Уверяю вас, моя сестра с радостью примет ваше предложение, что же касается её приданого, не думаю, что отец будет возражать…

– Уж её отец точно не будет возражать, впрочем, как и ваш! – хмыкнул принц, показывая непростительную осведомленность в этом вопросе. Амалия вздернула голову, глаза гневно сверкнули:

– Простите, Ваше Высочество, но мы говорим о моей сестре!

– Именно. Но если уж в вашу хорошенькую голову взбрела идея выступить свахой, то вы должны были понимать, что вопрос о её происхождении обязательно возникнет.

– Мой отец…

– Признал её, да, не знаю, что уж там пообещала ему ваша матушка. Но это не означает, что Элизабет, так, кажется, её зовут, имеет право претендовать на те преференции, которые положены истинной дочери эрцгерцога.

– Ваше Высочество, ваши замечания оскорбительны! Я не стану их слушать! – Амалия вскочила, принц тоже встал.

– Вы с вашим предложением тоже не оказали мне особой чести, – холодно заметил он. – Так что мы квиты.

– Замолчите! – она в волнении прошлась по кабинету, затем повернулась.

– В данном случае, и вы знаете это не хуже меня, что наш брак – это сделка, от которой зависит благополучие слишком многих! – раздраженно перебил Рудольф. – И поверьте, я тоже от нее не в восторге!

Это было очередным оскорблением, при чем хорошо рассчитанным. Амалии пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не наговорить грубостей.

– Тогда я не понимаю, почему вы так настаиваете именно на союзе со мной? – очень холодно произнесла она.

– Послушайте, к чему весь этот разговор? Вы прекрасно знаете причины, по которым именно вы, а не ваша сестра, можете претендовать на брак с членами императорской фамилии!

– Я не знаю этих причин, – голос Амалии был ледяным.

– Так спросите их у вашей матери, хотя не думаю, что она когда-либо расскажет вам об этом! – огрызнулся Рудольф и прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. – Простите, я слишком устал, чтобы выслушивать еще и нелепые предложения, роящиеся в вашей глупой голове… Давайте закончим этот разговор, он совершенно лишен смысла и попросту отнимает время.

– Простите, что? – ей показалось, что она ослышалась.

– Ваш отец, – нетерпеливо пояснил принц. – Я написал ему, объяснил ситуацию, и мы пришли к согласию.

– Интересно, вы сделали это до разговора со мной или после? – голос Амалии звучал слишком ровно.