Цена соблазна

Что еще говорил этот почтенный служитель храма?

– Что вы способны погубить репутацию любой девушки! – мисс Эмма Томсон с восторгом посмотрела на стоявшего перед ней мужчину. – Вот я и пришла, чтобы вы погубили мою!

– Как мило, – язвительно заметил Чарльз. – Мне следует считать себя польщенным?

Он не знал злиться ему или смеяться. С одной стороны, девчонка говорила возмутительные вещи, с другой, она была прелестна в своей наивной уверенности, что в жизни все будет именно так, как хочется. Заблуждения юности прекрасны, хоть и утомительны.

– И могу я полюбопытствовать, зачем вам понадобилось губить репутацию в столь юном возрасте? – хмыкнул Чарльз, чувствуя себя стариком.

Девушка оглянулась, слегка подалась вперед и доверительно зашептала:

– Все дело в том, что я решила стать актрисой!

– Вот как? – лорд Аудлей удивленно приподнял бровь. – А ваши родители в курсе этого решения?

– Я рассказала им, – в голосе мисс Томсон послышались скорбные нотки. – И они категорически против!

– И почему я не удивлен, – пробормотал Чарльз.

– Более того, они запретили мне даже думать об этом! А папА сказал, что, если я не оставлю глупые мысли, он не повезет меня в столицу на сезон! – от негодования она притопнула ножкой в изящной туфельке.

– Если вы станете актрисой, то вас и так не повезут в столицу, – меланхолично заметил лорд Аудлей.

После незапланированного дневного сна голова болела, и потому бессмысленный разговор с упрямой наивной девицей начинал утомлять.

– Да? – мисс Томсон прикусила губу.

– К тому же вы не сможете посещать балы, а значит, сшитые для сезона платья пропадут зря, – сейчас Чарльз был признателен провидению, что у него есть сестры. И что он иногда вынужден был слушать их глупые разговоры. – Подумайте, вы никогда не сможете надеть их!

– Это досадно… – девушка скривилась, но тут же тряхнула своими кудряшками. – Хотя это неважно! Если я стану актрисой, мужчины будут одаривать меня драгоценностями, деньгами, и я смогу купить новые платья! И не только белые! – она радостно захлопала в ладоши.

От этого шума в висках заломило, Чарльз скривился.

– О, это будет прекрасно! – тем временем воодушевленно продолжала мисс Томсон. – Украшения, платья, публика… Вы ввергнете меня в пучину порока?

Голубые глаза с надеждой уставились на спасителя. Чарльз понял, что девушка по первому же слову готова кинуться ему на шею. Он невольно попятился и на всякий случай запоздало огляделся по сторонам.