Не Золушка

Ему не удавалось часто бывать дома, они не видели его порой по полгода. Однажды вернувшись в Лос Анджелес, где он купил дом в хорошем квартале, он застал у себя дома какого-то лютеранского пастора. Оказалось, что его жена, решила сменить вероисповедание с католического на лютеранское, сошлась с этим пастором, который стал частым гостем в его, Хосе, доме. Его дочери тогда было три года. Может он был не прав, что так надолго уезжал, но бросить своего друга, чья империя тогда была под угрозой он тоже не мог. Дав пастору в морду, сказав жене все, что он об это думает, он собрал свои вещи и уехал жить в дом Босса в Беверли Хиллз, где и жил до сих пор.

– Все, приехали. Помереть можно в этих пробках. Хосе остановил машину во дворе дома на Тверской.

– Иди, Босс. Тебя ждет семейный ужин перед телевизором, а я переночую в соседней квартире. Если что, стучи в стену на кухне. У нас кухни граничат, там отличная слышимость, сексом там не занимайтесь. – Он рассмеялся.

Нэлл позвала свою горничную и велела ей собрать вещи, сказав, что завтра утром она вылетает в Лондон, а горничную она оставит здесь, потому что, когда ее брат вернется в Москву, ему может понадобится прислуга.

Нэлл поднялась в ресторан на верхнем этаже Ритца. Найти Мигеля, который ее уже ждал, не составило труда. Все женщины, которые были в ресторане смотрели на него и пускали слюни. Когда Нэлл вошла в ресторан, в ее сторону повернулись все мужчины.

Она села к Мигелю за стол. Они заказали себе легкий ужин и принялись обсуждать предстоящие дела. Во время разговора Нэлл смотрела на Мигеля и думала, какой же он красивый, да и брат его тоже. Оба высокие, стройные, старший правда помассивнее, потяжелее и красота у него побрутальнее. Но Мигель был как с картинки, даже переломанный горбатый нос его ничуть не портил. Хотя он с горбатым носом ей больше нравится, тем более что нос то ему из-за нее сломали.

Мигель попал в их дом, когда ему было шестнадцать. Хосе к тому времени уже стал гражданином США, жил в Калифорнии, умерла их мать в Мексике, Мигель остался там совсем один и Хосе забрал его в Америку. У них была разница в восемь лет, их отец погиб, когда Мигелю было четыре года, а Хосе двенадцать. Хосе заменил младшему брату отца и вырастил его практически сам.