Аспирра: таланты Мудреца

В оранжевом солнечном свете, проникавшем через окно, она переливалась вкраплениями инкрустированных маленьких камней. Вещица очень дорогая. И мало кто мог представить насколько.

– Ты поедешь со мной, – улыбнулась я и бережно уложила шкатулку в сундук, проверив, насколько крепко держит крышку маленький замочек – ключ от него всегда висел у меня на шее. – Мы отправляемся искать новый дом.

Хотя, по правде говоря, я сильно в этом сомневалась. «Везем приправы и пряности. Платим много», – говорил вчерашний «друг» из таверны.

Слишком сомнительное предприятие. И чем больше я об этом думала, тем меньше оно мне нравилось. С чего это им платить много рядовому члену команды? Тем более незнакомцу, который ничего не смыслит в морском ремесле. Мои опасения были вполне оправданны, однако лучше уж так, чем оставаться на месте. Сгнить в трюме корабля, как раб, или сгнить в каморке ветхого дома? Выбор невелик. Пускай информацией торгует кто-нибудь другой. Конкурентов в Кайшене у меня было предостаточно.

Я вышла из дома, перекусив черствым хлебом. В последний раз безразлично глянула на темные окна второго этажа и направилась дальше по улице – попрощаться с матушкой.

– И куда это ты собралась? – спросила мать, безучастно глядя на оставленный на столе мешочек с золотыми аланцами. Я положила туда двадцать золотых монет – солидную сумму для кайшенской дыры, чтобы она ни в чем себе не отказывала. – Надолго? Ишь, даже отцовский меч на себя нацепила…

– И что? – Я мерила шагами ее тесную темную спальню, раздраженно сложив руки на груди.

Стены семейного дома не навевали хороших воспоминаний – только тоску и тревогу. В тишине половицы скрипели под ногами особенно громко.

– Неужели решила повторить его «подвиг»?

– Возможно. – Ее вопросы раздражали все больше. Впрочем, как обычно.

– Ты хоть представляешь, что тебя там ждет, деточка? Море таит в себе не меньше опасностей, чем люди, которые ищут в странствиях свободу. Не говоря уж про чужие земли…

– Не опаснее моей работы и жизни в этой глуши, мама.

 – Я заскрежетала зубами.

– Твой отец этого не понимал, – продолжала нагнетать она нравоучительным тоном. – И скорее всего, уже мертв.

– Скорее всего, – передразнила я. – Ты была бы счастлива, если бы я отправилась следом за ним!

Тут матушкин нос задрожал, темные глаза наполнились слезами. Пересилив себя, я подошла к ней и приобняла, ощущая привкус вины. Отцовский меч звякнул, ударившись о кровать.