Пока мы живы

Позади нас – Зоя и Дима, который в джентельменском порыве взял некоторые вещи у своей спутницы. Казалось, что он уже пожалел об этом – пот обильно стекал по лицу, футболка насквозь промокла. Илья замыкал шествие.

На Зою было грустно смотреть – на лице осталась рана от удара при аварии, коротенькое платье испачкано кровью, рыжие волосы растрепаны. Девушка то и дело морщила веснушчатый нос и ныла, жалуясь Диме на все несчастья, свалившиеся на ее маленькую головку. «Будто нам легче», – подумала я, но вслух ничего не сказала.

Я остановилась, не в силах продолжать движение. Полуденное солнце припекало все сильнее. Я потрогала волосы – они оказались горячими.

Все остановились.

– Тебе плохо? – спросила Маратовна.

– Голову печет. Меня тошнит.

Илья подошел ко мне, поставил все вещи на асфальт, достал из кармана бандану цвета хаки и повязал мне на голову. Он дал мне бутылку воды, поднял свои вещи и пошел вперед, так и не сказав ни слова. Я открутила крышку и сделала несколько глотков теплой воды.

– Нужно идти, – сказала Маратовна. – Нам до темна нужно добраться до дома Зои.

Я мысленно застонала. Еще только полдень, а дороге не видно конца и края. Мои мышцы, не привыкшие к долгим пешим прогулкам, ныли и просили отдыха. Я закрыла бутылку, положила в пакет, и вся наша компания двинулась дальше.

Я старалась не думать о ноющих ногах и огляделась по сторонам. Мы проходили поля, расположившиеся по обеим сторонам дороги, а впереди виднелся лес. Когда я была ребенком, папа часто брал меня с собой за ягодой и грибами. Какое наслаждение – вновь оказаться среди до боли знакомых запахов.

– Когда уже будет привал? – задыхаясь от жары и долгой ходьбы, спросил Дима.

Маратовна взглянула на него с сочувствием и сказала:

– Давайте найдем полянку в лесу и там отдохнем.

– В лесу? – выпучила и без того большие глаза Зоя.

– Может, на краю дороги перекусим? – предложил Дима, пытаясь найти компромисс.

– Нет, – твердо сказал Илья.

Все посмотрели на него и остановились. Видя вопрошающие взгляды, Илья пояснил:

– Мы не единственные, кто выжил. В любой момент мимо нас могут пройти или проехать люди с разными намерениями. Сдается мне, что людей, желающих поживиться легкой добычей, больше, чем тех, кто хочет нам помочь.