Сердцеед, или Тысяча и одно наслаждение

– Найдется!

– А если он… как Игорь.

– Фантазия работает, подруга! – усмехнулась я и взяла ее руку в свою. – Успокойся, твой Мишка уже на пути к дому. Куда он уйдет? Чего ты выдумала.

– Он вообще в последнее время стал каким-то другим.

– Тоже – предчувствия? – хмыкнула я.

Динка обиделась.

– Я серьезно. А ты хохмишь!

– Ладно не буду. Выкладывай. Я слушаю тебя.

– Во-первых, год назад Мишка потерял работу и очень переживал по этому поводу.

– Ты мне об этом ничего не говорила. Могла бы позвонить.

Динка заерзала на табуретке.

– Ну… я хотела справиться сама, и потом я думала, что это – временно. Да и неудобно как-то у тебя деньги просить.

– Неудобно делать другое. А мы же подруги. Кроме того, у тебя двое детей. Как ты одна корячилась-то?

– Я работала за двоих, взяла еще полставки, занималась репетиторством. Было, конечно, нелегко. Но четыре месяца назад Мишка устроился на работу.

Я прикинула в уме.

– Значит, восемь месяцев он сидел на твоей шее.

Динка промолчала.

– И что дальше? Куда он устроился-то?

– В российско-германскую фирму. С приличным капиталом.

– Сам или длинная мохнатая лапа?

– Бывший одноклассник Гера Савельев подсобил. Если бы не он… Мишка так и сказал: «Если бы не Герка!»

Я всегда знала, что сильной половине человечества везет в этой жизни незаслуженно. Там, где бабе нужно вылезти из себя, чтобы застолбить новое место работы или пойти на повышение – мужикам достаточно крепкого молчаливого рукопожатия, совместной поездки на рыбалку, звонка бывшему однокласснику и – теплое место в кармане.

– Зарплату он сразу стал получать приличную. Но… Мишка сильно изменился.

– Вот с этого места поподробнее, как говорят следователи на допросах.

– Он стал больше времени проводить вне дома, куда-то уходить по вечерам. После работы задерживался, говорил, корпоративные мероприятия. Пару раз соврал, что едет к матери, хотя я перезванивала ей, и она с торжеством говорила, что его не было.

Я упрямо покачала головой.

– Ты не права. Ненависть свекрови к невестке почище классовой ненависти бомжа к олигарху. Она твердо убеждена, что ее сыночек достоин самого-самого лучшего. Принцесса любого европейского княжества или королевства – самый подходящий вариант. Ты на него не тянешь. Ты – женщина с ребенком, которая охомутала ее драгоценного Мишеньку.